Российский производитель
защитных покрытий

Кризис недопроизводства. Российский и мировой рынок стали: 4-11 апреля 2021 г.

Для просмотра поверните устройство в вертикальное положение
15 Апреля 2021
Как пишут в учебниках, классический кризис — это кризис перепроизводства (или, точнее, недопотребления, что кардинально иное, но дает тот же результат). Произведенные товары невозможно продать, платежеспособный спрос рушится на глазах, цены валятся вниз.

Возможно, экономисты всегда готовятся к прошедшим кризисам, как генералы — к уже отгремевшим войнам. Однако, как оказалось, кризисы бывают и совсем другие, когда спрос есть, денег вроде бы хватает, и это не гиперинфляционные фантики, а настоящая твердая валюта, но не оказывается в достатке товаров, чтобы этот спрос удовлетворить.

Те, кто постарше, помнят времена тотального дефицита, но и это не тот случай. Дефицит — это когда нужных товаров нет в открытой продаже, но для нужных людей, из-под полы и втридорога все при желании можно достать. Нынешний же рынок относительно открытый и прозрачный, тени в нем практически нет. Просто определенных товаров, будь то, например, микросхемы или листовой прокат, нет в нужном количестве, чтобы не только покрыть текущие потребности, но и создать какой-то запасец.

Причем этот дефицит имеет избирательный характер. Если при гиперинфляции одинаково растет в цене все, вернее, дешевеют и теряют свою ценность деньги, то в текущем кризисе происходит выборочное увеличение затрат на отдельные виды ресурсов.

Самое интересное, что в западных странах, откуда к нам пришел этот необычный кризис, непрерывный рост цен на листовой прокат продолжается уже пять месяцев, с начала ноября прошлого года. И все это время на рынках наблюдается острый дефицит, который почему-то никуда не исчезает. Безобразие! Что делает «невидимая рука рынка»?! Почему она злостно бездельничает?! Ну хорошо, в Европе действуют импортные квоты, которые то ли отменят, то ли нет в середине текущего года. Но почему европейские металлурги не могут выйти даже на докризисный уровень?! Почему, по данным Worldsteel, выплавка стали в ЕС-27 по итогам января-февраля 2021 г. была на 3,7% меньше, чем годом ранее?! Что помешало европейским производителям в условиях рекордного с 2008 г. взлета цен нарастить выпуск?! Почему в США за те же два месяца отставание составило почти 10% по сравнению с прошлогодним графиком?!

Насчет США кое-какой ответ дал глава местной компании Cliffs Лоренцо Гонсалвеш, когда его спросили, почему из десяти имеющихся в его распоряжении доменных печей загружать в обозримом будущем планируется от шести до восьми. Как можно было понять этого достойного господина и эффективного менеджера, компания ставит на первое место прибыльность бизнеса, а не объемы производства, и не намерена изменять этому принципу даже в условиях острого дефицита проката на американском рынке.

Второй ответ дает недавно проведенное исследование британской консалтинговой компании McKinsey & Co. Согласно ее расчетам, европейский рынок стали продолжает сужаться. Если в 2004-2008 гг. средний объем потребления стали в ЕС составлял 188 млн. т в год, то в 2011-2019 гг. - уже 153 млн. т, а после 2020 г. этот показатель сократится до 140-150 млн. т в год. Увы, дезиндустриализация Европы — похоже, процесс необратимый. Там даже некому прокукарекать что-то вроде: «Make Europe Great Again!» В результате, по мнению аналитиков McKinsey, чтобы обеспечить нормальный уровень загрузки — порядка 85%, в ЕС и Великобритании надо вывести из эксплуатации избыточные мощности в объеме 25-30 млн. т в год.

Таким образом, начавшийся в ноябре подъем — явление конечное, а после него придется снова положить зубы на полку. Поэтому металлурги не видят необходимости в том, чтобы вкладываться в срочное возвращение в строй мощностей, которые через несколько месяцев опять окажутся избыточными и убыточными.

Кроме того, есть и третий ответ, который приводит S&P Global Platts, ссылающийся на опрос, проведенный среди германских металлургов. Сейчас инвестиционные бюджеты региональных сталелитейных компаний направлены на снижение выбросов углекислого газа, т. е. борьбу с глобальным потеплением. На прочие цели, в частности, расширение производства, денег уже не так, чтобы хватает.

И пока Еврокомиссия не отменяет импортные квоты, а правительства европейских стран, продлевая локауты, не перестают исправно выплачивать пособия и компенсации, ничего не мешает ценам на дефицитную стальную продукцию расти все выше и выше. Базовые цены на горячекатаный прокат там уже достигли 900 евро за т EXW. В Турции, равняющейся в этом плане на Европу, они, кстати, доросли до $1000 за т — на радость российским экспортерам.

В Азии между тем солирует Китай, где местные власти, тоже внося свой вклад в борьбу с глобальным потеплением и заявляя со всех трибун о необходимости сокращения производства стали, буквально из ничего создают собственный кризис недопроизводства. И с ним же героически борются, вводя барьеры для экспорта. Пекин уже, считай, несколько недель держит рынок в подвешенном состоянии, готовясь отменить НДС для экспортеров проката и при этом не объявляя о вступлении этого решения в силу.

Китайские компании, уставшие ждать, уже исходят из того, что 13% экспортного НДС у них так или иначе отберут, и заблаговременно подняли экспортные котировки на горячекатаный прокат до $900 за т FOB. В этом они получили горячую поддержку со стороны всех прочих поставщиков данной продукции в регионе. Японцы, например, уже $1000 за т CFR Вьетнам запрашивают.

Итак, кризис налицо, и не спрятаться от него никому, не скрыться. На российском рынке уже вполне есть свой дефицит, вызванный, в частности, запланированными на текущий месяц ремонтами, а цены на стальную продукцию подтягиваются к экспортному паритету. Апрельские котировки комбинатов на горячекатаный прокат уже подскочили от прежних 70 тыс. до не менее 75 тыс. руб. за т CPT. На май пока что анонсируются 80 тыс. руб. за т, но по нынешним временам и с учетом опять просевшего курса рубля это уже как-то мелковато.

Заграница нам по-прежнему только гадит, но и родное правительство не поможет. Минэкономразвития, по словам министра Максима Решетникова, считает нецелесообразным вводить в России демпфирующий механизм для сглаживания колебаний цен на металлопродукцию, поскольку полагает, что введение экспортных пошлин очень быстро приведет к дефицитам. Честно говоря, такую логику понять немного трудно, потому что демпфер по типу того, что уже вводится на рынке зерновых, не причиняет убытков производителям, а лишь режет им конъюнктурные сверхприбыли и давит вниз экспортный паритет. И вообще, для металлургических комбинатов очень важное значение имеет уровень загрузки. Уменьшать его только для того чтобы сократить поставки на внутренний рынок, которые все равно остаются прибыльными, - это что-то из категории жестких извращений.

Другое дело, что министр в целом частично прав, сообщая, что введение демпферов не только нецелесообразно, но по большому счету и невозможно. Это пшеницу и кукурузу можно привести к единому знаменателю и базовой цене отсечения. На рынке стальной продукции, где существует множество категорий стальной продукции, а котировки на одни виды проката колеблются по-иному, чем на другие, Министерство просто замучается создавать какой-то механизм управления. Кроме того, поставщиков зерна в России много, а горячекатаного листового проката, по сути, — только три. Типичный олигархический... нет, олигополистический рынок!

Да, правительство озабочено выросшими ценами на металл, но его заботы пока что ограничиваются стальной продукцией строительного назначения, с которой дела обстоят не так трагично, как с листом. Особого дефицита в этом секторе мирового и российского рынка нет. Цены, конечно, высоковатые, если сравнить с прошлыми годами, но и совсем уж непосильными их не назовешь.

Вообще, на самом деле проблема с инфляцией, которая раскручивается в России вследствие роста цен на многие виды ресурсов на мировом рынке, имеет, можно сказать, концептуальный характер. Побороть ее можно только одним способом — в той или иной степени отрезать нашу страну от глобальной экономики, уходить в автаркию, возвращать государственную монополию внешней торговли либо жестко контролировать ценообразование. Иными словами, здравствуй, СССР2.0!

В принципе, ничего особо ужасного в этом нет. Прежняя сверхдержава, чей цвет — красный, потенциально была весьма перспективным экономическим образованием, а вместе с СЭВ — так особенно. Увы, в те времена некому было осмыслить концепцию страны-мегакорпорации с достаточно сильным артельным сектором, а экономические эксперименты конца 50-х и 60-х гг. вообще поставили на будущем Союза жирный крест.

Сейчас такой вариант выглядит чистой воды фантастикой. Нет ни кадров, ни зарубежных партнеров, с которыми можно было бы выстроить новую экономическую модель, ни желания проводить новые широкомасштабные социальные революции. Хотя, кто знает, кто знает?.. Нынешний западный мир становится все более безумным, неуютным и непривлекательным местом, так что порой возникает желание отделиться от него подальше.

Но, если не можешь стать ведущим, приходится быть ведомым. Если предпочитаешь автаркии открытую экономику, приходится принимать все ее преимущества и недостатки. В том числе, вынужденное следование правилам, которые не ты принимаешь и устанавливаешь. Кстати, это относится не только к ценам на ресурсы, но и к такому потенциально конфликтному предмету как борьба с выбросами углекислого газа и глобальным потеплением.

Россия, между прочем, занимает четвертое место в мире по объемам эмиссии Цэ-О-два после Китая, США и Индии, и есть подозрение, что одними цветочками и помидорами, т. е., конечно, нашими лесными богатствами мы не отбрешемся. Придется либо участвовать во всеобщем безумии, наводняя города электроповозками, строя ветряки вместо электростанций и обваливая собственную промышленность и жизненный уровень населения, либо... когда-нибудь сказать этому твердое «Нет!» и принимать на себя последствия.

Также надо принять и то, что возвращения цен на листовой прокат хотя бы на уровень 2018-2019 гг. в обозримом будущем не произойдет. И лучшее, что можно, наверное, сделать в этой ситуации, это прекратить барахтаться, расслабиться, признать, что инфляция действительно резко ускорилась, и соответствующим образом пересчитать все цены, процентные ставки по кредитам и депозитам, зарплаты и пенсии. В конце концов, в начале «нулевых» инфляция ничуть не мешала российской экономике развиваться!

Правда, при этом, конечно, надо сменить парадигму в Центробанке и экономическом блоке правительства, во что, признаться, верится слабо. Впрочем, кризис — учитель жесткий. Тут либо изменишься и приспособишься, либо послужишь наглядным уроком и учебным пособием для других.

Источник: ИИС «Металлоснабжение и сбыт»

Вам также может быть интересно
«Роял Групп» получит льготный кредит на расширение производства
25.05.2022
«Роял Групп» получит льготный кредит на расширение производства
Компания «Роял Групп» получит кредит по новой программе региональной поддержки бизнеса. Средства пойдут на расширение производства порошковых покрытий. Об этом сообщает пресс-служба министерства инвестиций, промышленности и науки Московской области.

Порошковая покраска, фото ©metkolor.ru


На днях производитель заключил договор по программе льготного кредитования с «Прио-Внешторгбанк» (Рязань). В прошлом году компания «Роял Групп» начала расширять производство порошковых ЛКМ в Егорьевске. Средства пойдут на реализацию инвестпроекта.

«Компания “Роял Групп” в рамках кредитного договора получит 100 млн рублей по ставке 8,5% годовых. Эта процентная ставка будет обеспечена за счет программы субсидирования, которая доступна подмосковным предпринимателям в качестве новой региональной меры поддержки бизнеса», – сообщила заместитель председателя правительства – министр инвестиций, промышленности и науки Московской области Екатерина Зиновьева.

Кроме того, за счет кредита предприятие построит новый склад и закупит сырье для производства порошковых лакокрасочных материалов.

Отмечается, что по новой программе Московская область субсидирует часть процентной ставки. Благодаря ей предприятия малого и среднего бизнеса могут взять кредит на сумму от 5 до 100 млн рублей на срок до трех лет по максимальной ставке 8,5%, а на отдельных территориях – 7,5%. Средства доступны при реализации проектов по модернизации действующих предприятий и строительству новых.

Источник: ЛКМ Портал
Стальной занавес. Российский и мировой рынок стали: 15-22 мая 2022 г.
24.05.2022
Стальной занавес. Российский и мировой рынок стали: 15-22 мая 2022 г.
В прошедшую неделю на российском рынке стали состоялось немало важных событий. Прежде всего, президент поручил до 1 июня обновить стратегию развития металлургии в РФ, а также до этого срока принять меры для снижения цен на металлопродукцию на внутреннем рынке.

Второе поручение в данный момент выглядит излишним. Стоимость стальной продукции в России и так падает. По сравнению с пиком в начале марта арматура подешевела на споте более чем на треть, а листовой прокат – примерно на 20%.

Причем, по мнению всех специалистов, это понижение будет продолжаться. На конференции «Стальные трубы: производство и региональный сбыт», которая состоялась в Челябинске 19-20 мая, некоторые участники прогнозировали удешевление арматуры и сварных труб до 45-50 тыс. руб. за т с НДС.

Текущая ситуация крайне неблагоприятна для металлургов. Почти треть российского экспорта стали в 2021 г. (около 10 млн. т) пришлась на недружественные страны. К настоящему времени поставки на этих направлениях сократились до минимума. Но и многие другие государства приостановили закупки российского проката и полуфабрикатов.

Это обусловлено наличием серьезных проблем с транспортировкой и платежами. Внешняя торговля и финансовый сектор – это те области, где антироссийские санкции продемонстрировали наибольшую эффективность. Сделки в целом идут, но с большими трудностями. Нет и в ближайшее время не будет системных решений, которые позволили бы разблокировать хотя бы часть импорта и неэнергетического экспорта.

Основные покупатели российской стальной продукции в Турции, Китае, некоторых странах Ближнего Востока и в СНГ пользуются сложившейся ситуации. Отечественным компаниям приходится осуществлять продажи с большими дисконтами. Но и в целом на мировом рынке котировки падают. Во многих странах они опустились ниже уровня середины февраля текущего года.

Спрос на стальную продукцию в мире сужается. Глобальная экономика все глубже обваливается в кризис. Долгосрочный рост цен на энергоносители и продовольствие, повышение процентных ставок, разрыв логистических цепочек, политическая нестабильность делают металл невостребованным. Причем обстановка, очевидно, будет еще ухудшаться.

В российской экономике тоже вовсю идут негативные процессы. Три месяца завышенных процентных ставок, огромные проблемы с импортом и экспортом, повышение цен резко снизили деловую активность. Государственных денег в реальный сектор тоже поступает недостаточно. Программы поддержки различных отраслей задекларированы, но с их реальным исполнением на местах есть проблемы.

По некоторым оценкам, видимый спрос на прокат в России уменьшился на 25-35% по сравнению с тем же уровнем прошлого года. К этому надо еще добавить кратное падение экспорта в марте-мае и стремление металлургических компаний сохранить более-менее приемлемый уровень загрузки мощностей. В результате получаем беспрецедентное превышение предложения над спросом, обвал цен и накопление складских запасов, прежде всего, у производителей и в подконтрольных им сбытовых сетях.

На что надеются металлурги? Прежде всего, на улучшение внутреннего спроса и хотя бы частичное восстановление экспорта в июне-июле. В принципе, можно рассчитывать, что после завершения срока мартовских депозитов, которые размещались на три месяца более чем под 20% годовых, в финансовой системе высвободятся определенные средства, которые хотя бы частично подкрепят спрос. Вероятно, продолжится снижение ключевой ставки Центробанка РФ. Может быть, летом в экономику начнут поступать в заметных объемах государственные средства. Возможно, из-за укрепления рубля и низкого спроса начнется всеобщее понижение цен на все группы товаров и уменьшение затрат. Впрочем, производители стальной продукции рассматривают и другой вариант – сокращение производства. Остановку доменных и электродуговых печей, МНЛЗ и прокатных станов. К такой политике, в частности, приходилось прибегать в 2009 г., а сейчас дела как бы не похуже.

В общем, основная забота – как день простоять, ночь продержаться, да к концу месяца не обанкротиться. Однако от президента поступило задание на срочную доработку стратегии развития металлургии до 2030 г., да еще с обеспечением долгосрочного понижения цен. Казалось бы, сейчас и на месяц что-либо прогнозировать сложно, а тут требуются планы на восемь лет вперед. Тем не менее, как раз здесь от чего-то можно оттолкнуться.

Самое первое долгосрочное предположение заключается в том, что западные санкции отменены не будут – вообще и никогда. В то же время, России и другим незападным странам удастся создать свою «полуглобальную» экономическую модель со своими системами трансграничных платежей, расчетных валют, внешней торговли, международного разделения труда и т.д. Это как бы необходимое условие. Без него быть ничего не может, иначе не следовало и огород городить, т.е. спецоперацию начинать.

Если все это будет создано, у российских металлургов не будет необходимости отказываться от нынешней модели со значительной экспортной ориентацией. Правда, при этом следует отметить, что на своем «полумировом» рынке им придется конкурировать с другими крупными экспортерами из Индии, Китая, Турции, Ирана, Вьетнама, а в перспективе – некоторых других стран Юго-Восточной Азии и, не исключено, Алжира.

Наиболее перспективным рынком сбыта при этом видится Африка. Неоколониализм принес «Черному континенту» много горя. Следует создавать для него новую модель экономических отношений с развитием не только экспорта ресурсов (на чем фокусируются китайцы), но и внутреннего потребления. По сути, это будет возвращение к советской практике социального прогрессорства, но без тогдашней наивности и прекраснодушия. В то же время, создающие у себя нормальную экономику африканские страны могут стать для российских компаний весьма значимым рынком сбыта.

Африканцам будет нужны, прежде всего, прокат строительного назначения, заготовка, оцинкованный прокат, трубы. То есть, существенного изменения структуры российского экспорта стали не произойдет. Может, хуже будет с непокрытым листовым прокатом, но его, возможно, станут покупать те страны, которые отправляют свою собственную продукцию в Европу. По такой модели, в частности, традиционно строятся отношения с Турцией.

Впрочем, наиболее важные изменения относятся к внутреннему рынку. Здесь президент дает две установки. Первая – это увеличение металлопотребления, а вторая – обеспечение доступных цен.

Итак, за счет чего может возрасти спрос на стальную продукцию в России? Самое очевидное решение – стройка. Но существующая система с опорой на ипотечное кредитование – не панацея. При нынешней стоимости жилья платежеспособный спрос на него будет поневоле ограниченным. Здесь, прежде всего, не помешало бы провести глубокий анализ себестоимости строительных компаний на предмет определения источников их затрат и поиска путей их снижения.

Второй вариант – широкомасштабный приход в строительный сектор государства, например, в рамках национальной программы «Строительство», которая должна быть запущена в 2023 г. Основным содержанием этой программы может стать, скажем, строительство максимально недорогого «социального» жилья с кредитованием по минимальной ставке. За счет этого как раз можно будет повысить спрос и увеличить объемы строительства до тех самых 120 млн. кв. м в год, о которых указывается в Национальном проекте. Наконец, рост металлопотребления в строительстве может дать дальнейшее ускорение реализации инфраструктурных проектов.

К такому развитию ситуации отечественная металлургия полностью готова. В России и так существует избыток мощностей по производству стальной продукции строительного назначения. Сейчас они, к слову, в значительной мере не задействованы.

Более важное и сложное направление – это создание в России импортозамещающего производства промышленной продукции по множеству отраслей. Судостроение и авиастроение. Промышленное оборудование, станки, дорожная, строительная, горнодобывающая техника, транспортные средства и комплектующие к ним. Подшипники, электромоторы, сервоприводы, специализированный крепеж и очень много прочего. И, не забыть бы, металлосодержащие потребительские товары.

Сегодня трудно сказать, какое именно производство каких видов продукции из этого гигантского списка удастся наладить в России и в какие сроки. Но очевидно, что для новой индустриализации понадобятся специальные, нерядовые марки стали в очень широком ассортименте и в сравнительно небольших объемах для каждого отдельного вида продукции.

Поэтому вполне вероятно, что одним из основных пунктов новой стратегии развития российской металлургии должно стать создание подобной «малой металлургии» - гибких производств, способных давать по конкретным заказам относительно небольшие партии специализированной высокотехнологичной продукции. Причем такая деятельность может осуществляться и на крупных предприятиях: пример подобного подхода может, например, продемонстрировать ЧТПЗ. Да и у «Магнитки», «Северстали», НЛМК есть все возможности для выпуска качественных сталей. В сортовом сегменте такие мощности сейчас и так не загружены и могут быть расширены.

Важной составной частью этого направления должно стать освоение в России нержавеющего листового проката. Это, наверное, самый проблемный сектор в отечественной металлургии. В случае успешного проведения импортозамещения нержавейка будет очень востребованным материалом.

Что касается доступных цен, то здесь могут быть важными следующие аспекты. Во-первых, это относительно высокий курс рубля, который удешевит импорт и понизит уровень экспортных паритетов.

Во-вторых, снижение уровня затрат металлургов – прежде всего, на логистику. Понятно желание РЖД быть рентабельной и прибыльной организацией, но, наверное, важнее обеспечить относительно низкий уровень транспортных расходов для всех субъектов экономики. То же самое можно сказать о тарифах на электроэнергию и стоимости топлива. Наконец, следует кардинально пересмотреть подходы к снижению выбросов углекислого газа и прочему ESG. Новомодные «безуглеродные» технологии – это чистые затраты для металлургов. Никакой потребительской ценности они не несут.

В-третьих, меры антицикличного рыночного регулирования. В 2021 г. обсуждалось создание госрезерва металлопродукции. Не исключено, что это решение следует рассмотреть повнимательнее. Также избежать резких скачков цен могут помочь данные оперативного мониторинга – например, в виде индекса «МСС-ТР» (Температура рынка). Им могут воспользоваться как дистрибьюторы, так и производители.

Наконец, в-четвертых, можно сделать ценовой вопрос менее важным. Если значительная часть потребления стали в России будет приходиться на высококачественную специализированную продукцию для промышленности, ее стоимость станет второстепенным фактором. Вообще, Россия должна увеличивать долю в экономике высокотехнологичной продукции с высокой добавленной стоимостью. Тогда генерируемых прибылей хватит и бизнесу, и населению, и государству.

Мир, похоже, разделяется новым «железным занавесом». Но тогда стоит позаботиться о том, чтобы на нашей стороне от него жизнь была лучшее и комфортнее.

Источник: ИИС «Металлоснабжение и сбыт»
НПП «Макромер» запустил производство СТП-полимеров
20.05.2022
НПП «Макромер» запустил производство СТП-полимеров
Владимирское предприятие НПП «Макромер» им. В.С. Лебедева запустило производство полиуретановых олигомеров с концевыми алкоксисилановыми группами (СТП-полимеров). Об этом сообщает RUPEC со ссылкой на представителя компании.

Предприятие «Макромер», фото ©macromer.ru


Эта продукция ранее поступала из-за границы, поскольку своего производства не было. Однако зарубежные поставки СТП-полимеров прекратились. Связующие российского производства являются аналогами продуктов серии Geniosil STP и Desmoseal SXP (их производят, к примеру, Wacker и Covestro, прим ред.).

«Отверждение СТП-полимеров происходит путем гидролиза алкоксисилановых групп влагой воздуха при температуре помещения, без выделения углекислого газа, в результате чего образуется трехмерная структура. Благодаря такой структуре силан-модифицированные полимеры сочетают в себе преимущества полиуретанов (ПУ) и силиконов: органическая полиуретановая фаза дает возможность регулировать свойства материала за счет варьирования ПУ-блоков, эластичность при низких температурах, прочность, высокую адгезию к различным субстратам, хорошую когезию, легкость окрашивания», — пояснили в НПП «Макромер».

Как отметил представитель компании, российские аналоги имеют повышенную устойчивость к УФ-излучению, воде, кислотам и щелочам, высоким температурам, а также экологически безопасны, поскольку не включают растворители и токсичные изоцианатные группы.

Источник: ЛКМ Портал