Российский производитель
защитных покрытий

Странный мир. Российский и мировой рынок стали: 7—14 июня 2020 г.

Для просмотра поверните устройство в вертикальное положение
19 Июня 2020
Цены на мировом рынке стали снова растут (хотя и не везде), в России металлотрейдерам, похоже, удалось нащупать дно, что дает им возможность пройти июнь с положительной маржой по многим видам стальной продукции. Спрос пока сильно отстает от прошлогодних показателей, но в целом увеличивается.

Однако говорить о том, что мы уверенно встали на путь восстановления, преждевременно. Тем более, что в последнее время в окружающем нас мире добавилось странностей с переходом в настоящее безумие. И дело не только в том, что американский «майдан» протянул свои метастазы в Европу. Такое впечатление, что мировую экономику придерживают, не давая ей возможность ускорить восстановление.

В начале второй декады июня цены на нефть и биржевые котировки акций понизились под влиянием новой серии негативных макроэкономических прогнозов. В частности, Мировой банк ожидает, что в текущем году глобальный ВВП уменьшится на 5,2% по сравнению с предыдущим годом, что представляет собой очень серьезный спад. А в США, по оценкам ФРС, экономика испытает снижение на 6,5%.

Специалисты единогласно уверяют, что борьба с коронавирусом будет иметь длительные негативные последствия – даже если не придет второй волны эпидемии, об опасности которой говорят ряд источников. В частности, американская инвестиционная и финансовая компания Raymond James полагает, что рост безработицы, переход на удаленную занятость и онлайновое обучение приведут к тому, что спрос на автомобильное топливо не вернется на докризисный уровень, как минимум, до 2023 г., а на авиационное – еще позже. Для авторынка, за исключением китайского, восстановление тоже откладывается, в лучшем случае, на 2023 г.

Ничуть не лучше ситуация и в металлургической отрасли. Причем в наиболее уязвимом положении находятся компании, поставляющие продукцию с высокой добавленной стоимостью для автомобиле- и машиностроения. Сектора потребительских товаров длительного пользования и промышленного оборудования просядут в 2020-2021 гг. больше всех. Тогда как стройка, скорее всего, будет менее уязвимой.

Текущее развитие событий на мировом рынке стали в целом подтверждает эту тенденцию. Несмотря на все усилия американских компаний возобновилось снижение котировок на листовой прокат в США. Причем, по данным местных трейдеров, металлурги еще не до конца распродали июньскую продукцию.

Продолжается спад в Западной Европе, которая, по оценкам всех экспертов, окажется в текущем году в эпицентре кризиса. Спрос на стальную продукцию, автомобили, нефть, другие энергоносители, как ожидается, упадет там больше, чем в других регионах. Впрочем, это сомнительное первенство могут оспорить у нее некоторые страны Латинской Америки, где действительно сложилась тяжелая ситуация с коронавирусом.

Неблагоприятное экономическое положение западных стран сказывается, в частности, на поставках металлолома. Поступление вторичного сырья уменьшилось из-за падения объемов металлообработки и инвестиций в новое оборудование, вследствие чего не отправляется на слом старое. В Турции, где экономика начала восстанавливаться после коронавируса, а металлургические компании расширяют производство стали, лом оказался в некотором дефиците и подорожал до мартовского уровня, потянув за собой прокат.

В Восточной Азии листовой прокат также достиг наивысшей отметки за без малого три месяца. Некоторые компании прогнозируют на сентябрь подорожание горячекатаных рулонов с поставкой во Вьетнам до $470-480 за т CFR. Это конечно, меньше, чем в начале текущего года, но по нынешним временам тоже неплохо.

Однако предел ценовому росту в Азии может поставить Китай. Местные компании охотно приобретают полуфабрикаты и горячекатаный прокат за рубежом, но весьма чувствительны к его стоимости. Пока железная руда стоит в Китае дороже $100 за т CFR вследствие сокращения ее добычи в Бразилии, стальная продукция также будет расти в цене. Но стоит китайцам приостановить или даже уменьшить объемы импорта, и котировки сразу отступят вниз. В частности, именно по этой причине в конце прошлой недели в Восточной Азии опять подешевела заготовка.

Российским экспортерам с начала июня удалось поднять свои экспортные котировки на $20-30 за т, но возможность дальнейшего повышения выглядит пока достаточно проблематичной. Беспорядки, охватывающие западные страны, отодвигают на второй план экономику, которая только начала выбираться из кризиса. Май был лучше апреля, но все-таки очень сложным месяцем, хотя режим карантина к тому времени был ослаблен. И прогнозы насчет июня тоже пока не блещут оптимизмом. Многие специалисты осторожно рассчитывают на улучшение в третьем квартале, но при условии, что в экономику не вмешаются ни вторая волна коронавируса, ни политика.

Российское руководство держится более оптимистично. В частности, по словам президента, несмотря на отдельные издержки, проблемы и потери, страна выходит из пандемии коронавируса уверенно и с минимальным ущербом. В принципе, да, могло было быть и хуже, хотя эпидемия и карантин ударили по всем, причинили (и все еще продолжают причинять) немало бед.

Сейчас, когда ограничения постепенно снимаются во многих регионах, на первый план выходит вопрос: сможет ли Россия достаточно быстро запустить экономику, как это сделал, например, Китай, либо нас ждет длительный и очень тяжелый период выползания из ямы, как в странах Евросоюза?

Возможности для более благоприятного варианта, безусловно, есть. России, можно сказать, повезло, что бизнес (в самом широком смысле слова) имеет у нас традиционно персонифицированный характер. Во главе ведущих государственных и частных компаний стоят не безликие наемные менеджеры, а реальные лидеры, имеющие за плечами не только противоречивый опыт 90-х гг., но и годы экономического подъема «нулевых» и первой половины 10-х, когда востребованными стали не «хищники», а созидатели. Это дает возможность запустить новый рост на базе нового уровня государственно-частного партнерства. Тем более, что и правительство готово быстро и без проволочек пройти свою часть пути. Судя по всему, заниматься бизнесом в России будет становиться проще, но, с другой стороны, и сложнее, поскольку цифровизация потребует не виданного у нас до сих пор уровня прозрачности компаний перед государством.

Впрочем, компании-лидеры и отрасли-лидеры были в нашей стране и в 2015-2017 гг. Основная проблема заключается в том, чтобы подтянуть к этому уровню остальную экономику, стимулировать потребительский и инвестиционный спрос, дать возможность всем нормально зарабатывать и с пользой тратить заработанное, обеспечивая доход другим экономическим субъектам.

Постоянное снижение затрат, грошовая экономия, чисто ценовая конкуренция в ущерб качеству и собственной прибыли – это путь в никуда, в ловушку всеобщей бедности и скукоживания рынка, на котором никто ничего не может ни купить, ни продать. Выйти из этого заколдованного круга можно двумя способами. Первый – это мощный экстенсивный рост, прилив, который поднимает все лодки. В наших условиях, когда новых рынков нет и взять их неоткуда, это, наверное, можно организовать, если ликвидировать дефицит денег в экономике эмиссионными средствами. Но для этого необходимы твердое доверие к национальной валюте, привычка к минимальной инфляции и ювелирное манипулирование денежной и товарной массой, чтобы не свалиться в гиперинфляцию. Сейчас по такому пути пытаются идти США, а мы пока наблюдаем со стороны за их экспериментом.

Второй путь – жесткий госкапитализм образца Японии 60-х гг., Южной Кореи 70-х, Китая 90-х и «нулевых» или Советского Союза начала 50-х. Экономика фактически представляет собой огромную централизованную корпорацию, хотя некоторые ее элементы могут быть частными компаниями. Малый и средний частный бизнес (или артели как в Советском Союзе) действует на подхвате у гигантов, а также занимается удовлетворением потребительского спроса на товары и услуги. Причем над ним также осуществляется весьма жесткий государственный контроль.

Возможно, есть еще и третьи пути перехода из бедности к относительной зажиточности, а от последней – к всеобщему благосостоянию. Но грабить кого-то - не в наших традициях, а остальные применимы лишь для малых стран, которые для чего-то сильно понадобились более мощным соседям и получили с того профит. Но это точно не наш случай, да и вышло уже из моды строительство «сияющих витрин капитализма», а «боевых хомячков» теперь, наоборот, стараются держать злыми и голодными.

Кризис, спущенный с цепи коронавирусом, действительно необратимо меняет наш мир. И при этом сравнительно небольших усилий хватит, чтобы он покатился в том или ином направлении – иногда, весьма странном с нашей нынешней точки зрения.


Источник: ИИС «Металлоснабжение и сбыт»

Вам также может быть интересно
«Роял Групп» получит льготный кредит на расширение производства
25.05.2022
«Роял Групп» получит льготный кредит на расширение производства
Компания «Роял Групп» получит кредит по новой программе региональной поддержки бизнеса. Средства пойдут на расширение производства порошковых покрытий. Об этом сообщает пресс-служба министерства инвестиций, промышленности и науки Московской области.

Порошковая покраска, фото ©metkolor.ru


На днях производитель заключил договор по программе льготного кредитования с «Прио-Внешторгбанк» (Рязань). В прошлом году компания «Роял Групп» начала расширять производство порошковых ЛКМ в Егорьевске. Средства пойдут на реализацию инвестпроекта.

«Компания “Роял Групп” в рамках кредитного договора получит 100 млн рублей по ставке 8,5% годовых. Эта процентная ставка будет обеспечена за счет программы субсидирования, которая доступна подмосковным предпринимателям в качестве новой региональной меры поддержки бизнеса», – сообщила заместитель председателя правительства – министр инвестиций, промышленности и науки Московской области Екатерина Зиновьева.

Кроме того, за счет кредита предприятие построит новый склад и закупит сырье для производства порошковых лакокрасочных материалов.

Отмечается, что по новой программе Московская область субсидирует часть процентной ставки. Благодаря ей предприятия малого и среднего бизнеса могут взять кредит на сумму от 5 до 100 млн рублей на срок до трех лет по максимальной ставке 8,5%, а на отдельных территориях – 7,5%. Средства доступны при реализации проектов по модернизации действующих предприятий и строительству новых.

Источник: ЛКМ Портал
Стальной занавес. Российский и мировой рынок стали: 15-22 мая 2022 г.
24.05.2022
Стальной занавес. Российский и мировой рынок стали: 15-22 мая 2022 г.
В прошедшую неделю на российском рынке стали состоялось немало важных событий. Прежде всего, президент поручил до 1 июня обновить стратегию развития металлургии в РФ, а также до этого срока принять меры для снижения цен на металлопродукцию на внутреннем рынке.

Второе поручение в данный момент выглядит излишним. Стоимость стальной продукции в России и так падает. По сравнению с пиком в начале марта арматура подешевела на споте более чем на треть, а листовой прокат – примерно на 20%.

Причем, по мнению всех специалистов, это понижение будет продолжаться. На конференции «Стальные трубы: производство и региональный сбыт», которая состоялась в Челябинске 19-20 мая, некоторые участники прогнозировали удешевление арматуры и сварных труб до 45-50 тыс. руб. за т с НДС.

Текущая ситуация крайне неблагоприятна для металлургов. Почти треть российского экспорта стали в 2021 г. (около 10 млн. т) пришлась на недружественные страны. К настоящему времени поставки на этих направлениях сократились до минимума. Но и многие другие государства приостановили закупки российского проката и полуфабрикатов.

Это обусловлено наличием серьезных проблем с транспортировкой и платежами. Внешняя торговля и финансовый сектор – это те области, где антироссийские санкции продемонстрировали наибольшую эффективность. Сделки в целом идут, но с большими трудностями. Нет и в ближайшее время не будет системных решений, которые позволили бы разблокировать хотя бы часть импорта и неэнергетического экспорта.

Основные покупатели российской стальной продукции в Турции, Китае, некоторых странах Ближнего Востока и в СНГ пользуются сложившейся ситуации. Отечественным компаниям приходится осуществлять продажи с большими дисконтами. Но и в целом на мировом рынке котировки падают. Во многих странах они опустились ниже уровня середины февраля текущего года.

Спрос на стальную продукцию в мире сужается. Глобальная экономика все глубже обваливается в кризис. Долгосрочный рост цен на энергоносители и продовольствие, повышение процентных ставок, разрыв логистических цепочек, политическая нестабильность делают металл невостребованным. Причем обстановка, очевидно, будет еще ухудшаться.

В российской экономике тоже вовсю идут негативные процессы. Три месяца завышенных процентных ставок, огромные проблемы с импортом и экспортом, повышение цен резко снизили деловую активность. Государственных денег в реальный сектор тоже поступает недостаточно. Программы поддержки различных отраслей задекларированы, но с их реальным исполнением на местах есть проблемы.

По некоторым оценкам, видимый спрос на прокат в России уменьшился на 25-35% по сравнению с тем же уровнем прошлого года. К этому надо еще добавить кратное падение экспорта в марте-мае и стремление металлургических компаний сохранить более-менее приемлемый уровень загрузки мощностей. В результате получаем беспрецедентное превышение предложения над спросом, обвал цен и накопление складских запасов, прежде всего, у производителей и в подконтрольных им сбытовых сетях.

На что надеются металлурги? Прежде всего, на улучшение внутреннего спроса и хотя бы частичное восстановление экспорта в июне-июле. В принципе, можно рассчитывать, что после завершения срока мартовских депозитов, которые размещались на три месяца более чем под 20% годовых, в финансовой системе высвободятся определенные средства, которые хотя бы частично подкрепят спрос. Вероятно, продолжится снижение ключевой ставки Центробанка РФ. Может быть, летом в экономику начнут поступать в заметных объемах государственные средства. Возможно, из-за укрепления рубля и низкого спроса начнется всеобщее понижение цен на все группы товаров и уменьшение затрат. Впрочем, производители стальной продукции рассматривают и другой вариант – сокращение производства. Остановку доменных и электродуговых печей, МНЛЗ и прокатных станов. К такой политике, в частности, приходилось прибегать в 2009 г., а сейчас дела как бы не похуже.

В общем, основная забота – как день простоять, ночь продержаться, да к концу месяца не обанкротиться. Однако от президента поступило задание на срочную доработку стратегии развития металлургии до 2030 г., да еще с обеспечением долгосрочного понижения цен. Казалось бы, сейчас и на месяц что-либо прогнозировать сложно, а тут требуются планы на восемь лет вперед. Тем не менее, как раз здесь от чего-то можно оттолкнуться.

Самое первое долгосрочное предположение заключается в том, что западные санкции отменены не будут – вообще и никогда. В то же время, России и другим незападным странам удастся создать свою «полуглобальную» экономическую модель со своими системами трансграничных платежей, расчетных валют, внешней торговли, международного разделения труда и т.д. Это как бы необходимое условие. Без него быть ничего не может, иначе не следовало и огород городить, т.е. спецоперацию начинать.

Если все это будет создано, у российских металлургов не будет необходимости отказываться от нынешней модели со значительной экспортной ориентацией. Правда, при этом следует отметить, что на своем «полумировом» рынке им придется конкурировать с другими крупными экспортерами из Индии, Китая, Турции, Ирана, Вьетнама, а в перспективе – некоторых других стран Юго-Восточной Азии и, не исключено, Алжира.

Наиболее перспективным рынком сбыта при этом видится Африка. Неоколониализм принес «Черному континенту» много горя. Следует создавать для него новую модель экономических отношений с развитием не только экспорта ресурсов (на чем фокусируются китайцы), но и внутреннего потребления. По сути, это будет возвращение к советской практике социального прогрессорства, но без тогдашней наивности и прекраснодушия. В то же время, создающие у себя нормальную экономику африканские страны могут стать для российских компаний весьма значимым рынком сбыта.

Африканцам будет нужны, прежде всего, прокат строительного назначения, заготовка, оцинкованный прокат, трубы. То есть, существенного изменения структуры российского экспорта стали не произойдет. Может, хуже будет с непокрытым листовым прокатом, но его, возможно, станут покупать те страны, которые отправляют свою собственную продукцию в Европу. По такой модели, в частности, традиционно строятся отношения с Турцией.

Впрочем, наиболее важные изменения относятся к внутреннему рынку. Здесь президент дает две установки. Первая – это увеличение металлопотребления, а вторая – обеспечение доступных цен.

Итак, за счет чего может возрасти спрос на стальную продукцию в России? Самое очевидное решение – стройка. Но существующая система с опорой на ипотечное кредитование – не панацея. При нынешней стоимости жилья платежеспособный спрос на него будет поневоле ограниченным. Здесь, прежде всего, не помешало бы провести глубокий анализ себестоимости строительных компаний на предмет определения источников их затрат и поиска путей их снижения.

Второй вариант – широкомасштабный приход в строительный сектор государства, например, в рамках национальной программы «Строительство», которая должна быть запущена в 2023 г. Основным содержанием этой программы может стать, скажем, строительство максимально недорогого «социального» жилья с кредитованием по минимальной ставке. За счет этого как раз можно будет повысить спрос и увеличить объемы строительства до тех самых 120 млн. кв. м в год, о которых указывается в Национальном проекте. Наконец, рост металлопотребления в строительстве может дать дальнейшее ускорение реализации инфраструктурных проектов.

К такому развитию ситуации отечественная металлургия полностью готова. В России и так существует избыток мощностей по производству стальной продукции строительного назначения. Сейчас они, к слову, в значительной мере не задействованы.

Более важное и сложное направление – это создание в России импортозамещающего производства промышленной продукции по множеству отраслей. Судостроение и авиастроение. Промышленное оборудование, станки, дорожная, строительная, горнодобывающая техника, транспортные средства и комплектующие к ним. Подшипники, электромоторы, сервоприводы, специализированный крепеж и очень много прочего. И, не забыть бы, металлосодержащие потребительские товары.

Сегодня трудно сказать, какое именно производство каких видов продукции из этого гигантского списка удастся наладить в России и в какие сроки. Но очевидно, что для новой индустриализации понадобятся специальные, нерядовые марки стали в очень широком ассортименте и в сравнительно небольших объемах для каждого отдельного вида продукции.

Поэтому вполне вероятно, что одним из основных пунктов новой стратегии развития российской металлургии должно стать создание подобной «малой металлургии» - гибких производств, способных давать по конкретным заказам относительно небольшие партии специализированной высокотехнологичной продукции. Причем такая деятельность может осуществляться и на крупных предприятиях: пример подобного подхода может, например, продемонстрировать ЧТПЗ. Да и у «Магнитки», «Северстали», НЛМК есть все возможности для выпуска качественных сталей. В сортовом сегменте такие мощности сейчас и так не загружены и могут быть расширены.

Важной составной частью этого направления должно стать освоение в России нержавеющего листового проката. Это, наверное, самый проблемный сектор в отечественной металлургии. В случае успешного проведения импортозамещения нержавейка будет очень востребованным материалом.

Что касается доступных цен, то здесь могут быть важными следующие аспекты. Во-первых, это относительно высокий курс рубля, который удешевит импорт и понизит уровень экспортных паритетов.

Во-вторых, снижение уровня затрат металлургов – прежде всего, на логистику. Понятно желание РЖД быть рентабельной и прибыльной организацией, но, наверное, важнее обеспечить относительно низкий уровень транспортных расходов для всех субъектов экономики. То же самое можно сказать о тарифах на электроэнергию и стоимости топлива. Наконец, следует кардинально пересмотреть подходы к снижению выбросов углекислого газа и прочему ESG. Новомодные «безуглеродные» технологии – это чистые затраты для металлургов. Никакой потребительской ценности они не несут.

В-третьих, меры антицикличного рыночного регулирования. В 2021 г. обсуждалось создание госрезерва металлопродукции. Не исключено, что это решение следует рассмотреть повнимательнее. Также избежать резких скачков цен могут помочь данные оперативного мониторинга – например, в виде индекса «МСС-ТР» (Температура рынка). Им могут воспользоваться как дистрибьюторы, так и производители.

Наконец, в-четвертых, можно сделать ценовой вопрос менее важным. Если значительная часть потребления стали в России будет приходиться на высококачественную специализированную продукцию для промышленности, ее стоимость станет второстепенным фактором. Вообще, Россия должна увеличивать долю в экономике высокотехнологичной продукции с высокой добавленной стоимостью. Тогда генерируемых прибылей хватит и бизнесу, и населению, и государству.

Мир, похоже, разделяется новым «железным занавесом». Но тогда стоит позаботиться о том, чтобы на нашей стороне от него жизнь была лучшее и комфортнее.

Источник: ИИС «Металлоснабжение и сбыт»
НПП «Макромер» запустил производство СТП-полимеров
20.05.2022
НПП «Макромер» запустил производство СТП-полимеров
Владимирское предприятие НПП «Макромер» им. В.С. Лебедева запустило производство полиуретановых олигомеров с концевыми алкоксисилановыми группами (СТП-полимеров). Об этом сообщает RUPEC со ссылкой на представителя компании.

Предприятие «Макромер», фото ©macromer.ru


Эта продукция ранее поступала из-за границы, поскольку своего производства не было. Однако зарубежные поставки СТП-полимеров прекратились. Связующие российского производства являются аналогами продуктов серии Geniosil STP и Desmoseal SXP (их производят, к примеру, Wacker и Covestro, прим ред.).

«Отверждение СТП-полимеров происходит путем гидролиза алкоксисилановых групп влагой воздуха при температуре помещения, без выделения углекислого газа, в результате чего образуется трехмерная структура. Благодаря такой структуре силан-модифицированные полимеры сочетают в себе преимущества полиуретанов (ПУ) и силиконов: органическая полиуретановая фаза дает возможность регулировать свойства материала за счет варьирования ПУ-блоков, эластичность при низких температурах, прочность, высокую адгезию к различным субстратам, хорошую когезию, легкость окрашивания», — пояснили в НПП «Макромер».

Как отметил представитель компании, российские аналоги имеют повышенную устойчивость к УФ-излучению, воде, кислотам и щелочам, высоким температурам, а также экологически безопасны, поскольку не включают растворители и токсичные изоцианатные группы.

Источник: ЛКМ Портал