Странный мир. Российский и мировой рынок стали: 7—14 июня 2020 г.

Цены на мировом рынке стали снова растут (хотя и не везде), в России металлотрейдерам, похоже, удалось нащупать дно, что дает им возможность пройти июнь с положительной маржой по многим видам стальной продукции. Спрос пока сильно отстает от прошлогодних показателей, но в целом увеличивается.

Однако говорить о том, что мы уверенно встали на путь восстановления, преждевременно. Тем более, что в последнее время в окружающем нас мире добавилось странностей с переходом в настоящее безумие. И дело не только в том, что американский «майдан» протянул свои метастазы в Европу. Такое впечатление, что мировую экономику придерживают, не давая ей возможность ускорить восстановление.

В начале второй декады июня цены на нефть и биржевые котировки акций понизились под влиянием новой серии негативных макроэкономических прогнозов. В частности, Мировой банк ожидает, что в текущем году глобальный ВВП уменьшится на 5,2% по сравнению с предыдущим годом, что представляет собой очень серьезный спад. А в США, по оценкам ФРС, экономика испытает снижение на 6,5%.

Специалисты единогласно уверяют, что борьба с коронавирусом будет иметь длительные негативные последствия – даже если не придет второй волны эпидемии, об опасности которой говорят ряд источников. В частности, американская инвестиционная и финансовая компания Raymond James полагает, что рост безработицы, переход на удаленную занятость и онлайновое обучение приведут к тому, что спрос на автомобильное топливо не вернется на докризисный уровень, как минимум, до 2023 г., а на авиационное – еще позже. Для авторынка, за исключением китайского, восстановление тоже откладывается, в лучшем случае, на 2023 г.

Ничуть не лучше ситуация и в металлургической отрасли. Причем в наиболее уязвимом положении находятся компании, поставляющие продукцию с высокой добавленной стоимостью для автомобиле- и машиностроения. Сектора потребительских товаров длительного пользования и промышленного оборудования просядут в 2020-2021 гг. больше всех. Тогда как стройка, скорее всего, будет менее уязвимой.

Текущее развитие событий на мировом рынке стали в целом подтверждает эту тенденцию. Несмотря на все усилия американских компаний возобновилось снижение котировок на листовой прокат в США. Причем, по данным местных трейдеров, металлурги еще не до конца распродали июньскую продукцию.

Продолжается спад в Западной Европе, которая, по оценкам всех экспертов, окажется в текущем году в эпицентре кризиса. Спрос на стальную продукцию, автомобили, нефть, другие энергоносители, как ожидается, упадет там больше, чем в других регионах. Впрочем, это сомнительное первенство могут оспорить у нее некоторые страны Латинской Америки, где действительно сложилась тяжелая ситуация с коронавирусом.

Неблагоприятное экономическое положение западных стран сказывается, в частности, на поставках металлолома. Поступление вторичного сырья уменьшилось из-за падения объемов металлообработки и инвестиций в новое оборудование, вследствие чего не отправляется на слом старое. В Турции, где экономика начала восстанавливаться после коронавируса, а металлургические компании расширяют производство стали, лом оказался в некотором дефиците и подорожал до мартовского уровня, потянув за собой прокат.

В Восточной Азии листовой прокат также достиг наивысшей отметки за без малого три месяца. Некоторые компании прогнозируют на сентябрь подорожание горячекатаных рулонов с поставкой во Вьетнам до $470-480 за т CFR. Это конечно, меньше, чем в начале текущего года, но по нынешним временам тоже неплохо.

Однако предел ценовому росту в Азии может поставить Китай. Местные компании охотно приобретают полуфабрикаты и горячекатаный прокат за рубежом, но весьма чувствительны к его стоимости. Пока железная руда стоит в Китае дороже $100 за т CFR вследствие сокращения ее добычи в Бразилии, стальная продукция также будет расти в цене. Но стоит китайцам приостановить или даже уменьшить объемы импорта, и котировки сразу отступят вниз. В частности, именно по этой причине в конце прошлой недели в Восточной Азии опять подешевела заготовка.

Российским экспортерам с начала июня удалось поднять свои экспортные котировки на $20-30 за т, но возможность дальнейшего повышения выглядит пока достаточно проблематичной. Беспорядки, охватывающие западные страны, отодвигают на второй план экономику, которая только начала выбираться из кризиса. Май был лучше апреля, но все-таки очень сложным месяцем, хотя режим карантина к тому времени был ослаблен. И прогнозы насчет июня тоже пока не блещут оптимизмом. Многие специалисты осторожно рассчитывают на улучшение в третьем квартале, но при условии, что в экономику не вмешаются ни вторая волна коронавируса, ни политика.

Российское руководство держится более оптимистично. В частности, по словам президента, несмотря на отдельные издержки, проблемы и потери, страна выходит из пандемии коронавируса уверенно и с минимальным ущербом. В принципе, да, могло было быть и хуже, хотя эпидемия и карантин ударили по всем, причинили (и все еще продолжают причинять) немало бед.

Сейчас, когда ограничения постепенно снимаются во многих регионах, на первый план выходит вопрос: сможет ли Россия достаточно быстро запустить экономику, как это сделал, например, Китай, либо нас ждет длительный и очень тяжелый период выползания из ямы, как в странах Евросоюза?

Возможности для более благоприятного варианта, безусловно, есть. России, можно сказать, повезло, что бизнес (в самом широком смысле слова) имеет у нас традиционно персонифицированный характер. Во главе ведущих государственных и частных компаний стоят не безликие наемные менеджеры, а реальные лидеры, имеющие за плечами не только противоречивый опыт 90-х гг., но и годы экономического подъема «нулевых» и первой половины 10-х, когда востребованными стали не «хищники», а созидатели. Это дает возможность запустить новый рост на базе нового уровня государственно-частного партнерства. Тем более, что и правительство готово быстро и без проволочек пройти свою часть пути. Судя по всему, заниматься бизнесом в России будет становиться проще, но, с другой стороны, и сложнее, поскольку цифровизация потребует не виданного у нас до сих пор уровня прозрачности компаний перед государством.

Впрочем, компании-лидеры и отрасли-лидеры были в нашей стране и в 2015-2017 гг. Основная проблема заключается в том, чтобы подтянуть к этому уровню остальную экономику, стимулировать потребительский и инвестиционный спрос, дать возможность всем нормально зарабатывать и с пользой тратить заработанное, обеспечивая доход другим экономическим субъектам.

Постоянное снижение затрат, грошовая экономия, чисто ценовая конкуренция в ущерб качеству и собственной прибыли – это путь в никуда, в ловушку всеобщей бедности и скукоживания рынка, на котором никто ничего не может ни купить, ни продать. Выйти из этого заколдованного круга можно двумя способами. Первый – это мощный экстенсивный рост, прилив, который поднимает все лодки. В наших условиях, когда новых рынков нет и взять их неоткуда, это, наверное, можно организовать, если ликвидировать дефицит денег в экономике эмиссионными средствами. Но для этого необходимы твердое доверие к национальной валюте, привычка к минимальной инфляции и ювелирное манипулирование денежной и товарной массой, чтобы не свалиться в гиперинфляцию. Сейчас по такому пути пытаются идти США, а мы пока наблюдаем со стороны за их экспериментом.

Второй путь – жесткий госкапитализм образца Японии 60-х гг., Южной Кореи 70-х, Китая 90-х и «нулевых» или Советского Союза начала 50-х. Экономика фактически представляет собой огромную централизованную корпорацию, хотя некоторые ее элементы могут быть частными компаниями. Малый и средний частный бизнес (или артели как в Советском Союзе) действует на подхвате у гигантов, а также занимается удовлетворением потребительского спроса на товары и услуги. Причем над ним также осуществляется весьма жесткий государственный контроль.

Возможно, есть еще и третьи пути перехода из бедности к относительной зажиточности, а от последней – к всеобщему благосостоянию. Но грабить кого-то - не в наших традициях, а остальные применимы лишь для малых стран, которые для чего-то сильно понадобились более мощным соседям и получили с того профит. Но это точно не наш случай, да и вышло уже из моды строительство «сияющих витрин капитализма», а «боевых хомячков» теперь, наоборот, стараются держать злыми и голодными.

Кризис, спущенный с цепи коронавирусом, действительно необратимо меняет наш мир. И при этом сравнительно небольших усилий хватит, чтобы он покатился в том или ином направлении – иногда, весьма странном с нашей нынешней точки зрения.


Источник: ИИС «Металлоснабжение и сбыт»