Российский производитель
защитных покрытий

Опора на внутренние ресурсы. Российский и мировой рынок стали: 19-26 сентября 2021 г.

Для просмотра поверните устройство в вертикальное положение
30 Сентября 2021
Прошедшая неделя опять выдалась очень насыщенной событиями, которые напрямую или косвенно затрагивают рынки стальной продукции в России и в мире. Для отечественной металлургической отрасли важнейшим была, без сомнения, встреча премьер-министра и ряда членов правительства с руководством Российского союза промышленников и предпринимателей (РСПП).

Итогом этого «обмена мнениями», который широко освещался в СМИ, стало увеличение налоговой нагрузки на металлургов посредством повышения ставки НДПИ на железную руду до 4,8% и введения акциза на жидкую сталь на уровне 2,7% от экспортной цены. Новшества вступают в силу уже в 2022 г. и будут действовать три года.

При нынешних ценах на мировом рынке это соответствует немногим более 100 млрд. руб. дополнительных средств, которые поступят от отечественных металлургических компаний в казну. Правда, вполне вероятно, что по результатам будущего года эта сумма будет меньше ожидаемой, но здесь основной вопрос будет заключаться в состоянии внешних рынков.

Кстати, здесь есть один немаловажный нюанс. Экспортные пошлины оказали реальное воздействие на российский рынок стали. Их введение способствовало снижению внутренних цен на прокат до уровня экспортного паритета и менее. Повышение налогов и введение акциза будет иметь обратный эффект. У металлургов появится лишний стимул для повышения цен с целью компенсации возросших затрат. Таким образом, для потребителей принятые меры не несут практической пользы.

Пожалуй, более интересным было второе предложение правительства, в итоге отправленное на доработку. Суть его заключается в том, чтобы фискальными методами, путем варьирования ставки налога на прибыль в зависимости от соотношения капиталовложений и дивидендов, побудить ведущие российские компании больше инвестировать в отечественную экономику.

Попутно делается еще один шаг на пути деоффшоризации. Российские власти реально взялись за ограничение размеров прибыли, которая выводится за рубеж. Причем действуют не столько посредством запретов, сколько «экономическими» методами.

Как заявил на встрече первый вице-премьер Андрей Белоусов, его обеспокоило, что с 2015-2016 гг. российские металлургические компании сократили инвестиции, но одновременно начали увеличивать выплату дивидендов. Именно против такой политики и направлены правительственные предложения.

Снижение инвестиционной активности, в принципе, можно объяснить. Период 2015-2016 гг. был кризисным на российском и мировом рынке стали. Российские металлурги в условиях низких цен едва сохраняли положительную рентабельность, тут вопросы развития сдвигались на второй план. Тем более, что во второй половине «нулевых» и в первой половине 10-х гг. в российскую металлургию вкладывались очень большие средства в модернизацию и создание новых мощностей. Для новых проектов уже не всегда находилось место на рынке.

Собственно говоря, с тех пор ситуация вроде бы не изменилась. Производство стали в России в последние годы практически не растет – некуда. Мощности по выпуску большинства видов стальной продукции не то, что достаточны, а избыточны. Возможности для существенного расширения экспортных поставок выглядят весьма ограниченными из-за строительства собственных мощностей в странах-импортерах и усиления протекционизма.

Тем не менее, правительство требует от металлургов новых инвестиций. Вопрос – во что? Причем, главное – не просто потратить деньги, а потратить их с толком. Здесь просматриваются, как минимум, два направления.

Прежде всего, на российском рынке еще есть возможности для расширения. Причем таких возможностей будет становиться больше. Процесс импортозамещения пока достаточно далек от завершения. Так, Россия нуждается в современном производстве нержавеющей стали. Эту задачу взяла на себя Трубная металлургическая компания (ТМК), но ввод в строй запланированного ею завода создаст ряд ниш в области выпуска различной нержавеющей продукции и изделий, которые сейчас, в основном, ввозятся из-за рубежа.

На состоявшейся 23-24 сентября в Казани конференции «Проволока-Крепеж» отмечалось, что Россия наращивает спрос на современные крепежные изделия, но удовлетворяет его, в основном, за счет импорта. В 2020 г. ввоз составил 350 тыс. т, причем 223 тыс. т приходится на продукцию, которая не выпускается в России. Кроме того, надо учитывать, что наша страна будет расширять потребление стальной продукции. Рост масштабов жилищного и инфраструктурного строительства – это тенденция на годы вперед. А если у нас все-таки начнут прокладывать высокоскоростные железнодорожные магистрали - то и на десятилетия. Недавно было объявлено о планах создания на Дальнем Востоке завода, который будет поставлять металл для создающегося там судостроительного кластера. Очевидно, не является прожектерством и заявление министра обороны о строительстве новых городов в Сибири. А ведь их жители точно будут заниматься чем-то новым. Наконец, есть основания ожидать, что у российского правительства все-таки дойдут руки до обновления коммунальной инфраструктуры в масштабах всей страны, а там потребности в металле будут исчисляться миллионами тонн.

С одной стороны понятно, почему правительство стремится собрать больше денег с бизнеса. Ему есть на что их с толком потратить. А с другой перед российским бизнесом стоит огромный фронт работ по развитию страны. В это можно не только вложиться, но и неплохо заработать.

Второе вероятное направление для расширения – это диверсификация. Тут вспоминается опыт Южной Кореи в 70-е гг., когда ведущим корпорациям страны в директивном порядке выдавались задания о создании в стране с нуля тех или иных современных отраслей. Государство, конечно, активно помогало деньгами, приобретением лицензий и патентов, протекционистским законодательством, но основную работу все-таки делали Samsung, Daewoo, LG и другие.

В России роль подобной «во всякой высокотехнологичной дыре затычки» исполняют (и очень хорошо исполняют) «Ростех» и «Росатом». Но и частные металлургические компании обладают достаточной компетентностью, чтобы вложиться в новые прорывные направления, заодно создавая рынок для своей металлопродукции. Например, взятие «шефства» над машиностроением так и просится. Наша «малая металлургия» выполняет порой очень ответственные задачи, но, как правило, с совершенно устаревшим оборудованием.

В целом заметно, что российские власти стремятся и дальше снижать зависимость от критического импорта. Интересно, что подобную политику можно увидеть и в Китае. «Страна, импортирующая сырье и продовольствие, не может считаться серьезным противником», - не знаю, кому следует приписать эту цитату, но китайские власти реально стараются устранить эти опасные слабости. Какими методами?! Да тут бы не до жиру…

Во всяком случае, недавний указ о борьбе с перееданием и стимулировании здорового образа жизни можно трактовать как стремление сократить потребление продовольствия. А сейчас в Китае фактически проводится беспрецедентная кампания, направленная на уменьшение потребностей в железной руде и угле. Напомним, что крупнейшим в мире экспортером ЖРС и вторым по величине экспортером угля (а если брать коксующийся уголь, то первым) является Австралия, отношения с которой у Китая развиваются от плохого к худшему.

В последние несколько недель в ряде китайских провинций ширится движение по экономии электроэнергии, которое затрагивает и металлургические предприятия. По данным Fastmarkets, администрация провинции Гуандун потребовала от местных производителей труб приостанавливать выпуск в часы пикового спроса на электроэнергию. Такого же простоя на соответственно пять и одиннадцать часов в сутки потребовали и от двух крупных трубных заводов в Таншане и Тяньцзине (провинция Хэбэй).

При этом Китай усиленно развивает альтернативную энергетику, очевидно, видя в ней единственную возможную в краткосрочном периоде замену для угольных ТЭС, а также заявил о прекращении финансирования проектов угольной энергетики за рубежом. Может, чтобы самому больше угля досталось?!

Из-за проблем с энергией, напрямую затрагивающую промышленность, в Китае на прошлой неделе снизились цены на листовой прокат. А вот сортовой подорожал, поскольку не состоялось банкротство второй по величине в стране строительной компании Evergrande. Правда, не факт, что она в итоге выпутается из больших финансовых неприятностей. А спасать ее китайские власти, вероятно, не станут, так как монструозные $305 млрд. компания задолжала, по большей части, иностранным банкам и инвестфондам, скупавшим ее облигации.

Пока что в Китае вновь подорожала железная руда, дойдя до более $110 за т CFR, а местные прокатчики продолжили приобретать импортную заготовку по $710-720 за т CFR. Представляется, что если китайцы продолжат свою кампанию по экономии электроэнергии, руда снова подешевеет вследствие дальнейшего сужения спроса. А вот заготовку китайцы, очевидно, и дальше будут покупать. А также, судя по всему, слябы и товарный чугун, а в перспективе, может, и что-то еще.

Однако в данный момент российские металлурги вынуждены продолжать снижение экспортных и внутренних цен на прокат, чтобы хоть как-то стимулировать продажи. На российском рынке ожидается достижение «дна» в октябре, а в ноябре металлурги, вероятно, постараются оттолкнуться от него за счет увеличения внешних поставок.

Но вопрос о том, смогут ли они добиться желанного роста экспортных продаж с отгрузкой в январе (после отмены пошлин) остается открытым. Если не помогут своими закупками братья-китайцы, на существенное расширение спроса рассчитывать трудно. Западная экономика все больше увязает в растущей инфляции и транспортом коллапсе, потребительский рынок резко сужается, а в случае холодной зимы, как минимум, в Европе разразится острейший энергетический кризис. Правда, начинает оживать Юго-Восточная Азия, но конкурировать на региональном рынке с местными и индийскими поставщиками будет нелегко.

Источник: ИИС «Металлоснабжение и сбыт»

Вам также может быть интересно
«Роял Групп» получит льготный кредит на расширение производства
25.05.2022
«Роял Групп» получит льготный кредит на расширение производства
Компания «Роял Групп» получит кредит по новой программе региональной поддержки бизнеса. Средства пойдут на расширение производства порошковых покрытий. Об этом сообщает пресс-служба министерства инвестиций, промышленности и науки Московской области.

Порошковая покраска, фото ©metkolor.ru


На днях производитель заключил договор по программе льготного кредитования с «Прио-Внешторгбанк» (Рязань). В прошлом году компания «Роял Групп» начала расширять производство порошковых ЛКМ в Егорьевске. Средства пойдут на реализацию инвестпроекта.

«Компания “Роял Групп” в рамках кредитного договора получит 100 млн рублей по ставке 8,5% годовых. Эта процентная ставка будет обеспечена за счет программы субсидирования, которая доступна подмосковным предпринимателям в качестве новой региональной меры поддержки бизнеса», – сообщила заместитель председателя правительства – министр инвестиций, промышленности и науки Московской области Екатерина Зиновьева.

Кроме того, за счет кредита предприятие построит новый склад и закупит сырье для производства порошковых лакокрасочных материалов.

Отмечается, что по новой программе Московская область субсидирует часть процентной ставки. Благодаря ей предприятия малого и среднего бизнеса могут взять кредит на сумму от 5 до 100 млн рублей на срок до трех лет по максимальной ставке 8,5%, а на отдельных территориях – 7,5%. Средства доступны при реализации проектов по модернизации действующих предприятий и строительству новых.

Источник: ЛКМ Портал
Стальной занавес. Российский и мировой рынок стали: 15-22 мая 2022 г.
24.05.2022
Стальной занавес. Российский и мировой рынок стали: 15-22 мая 2022 г.
В прошедшую неделю на российском рынке стали состоялось немало важных событий. Прежде всего, президент поручил до 1 июня обновить стратегию развития металлургии в РФ, а также до этого срока принять меры для снижения цен на металлопродукцию на внутреннем рынке.

Второе поручение в данный момент выглядит излишним. Стоимость стальной продукции в России и так падает. По сравнению с пиком в начале марта арматура подешевела на споте более чем на треть, а листовой прокат – примерно на 20%.

Причем, по мнению всех специалистов, это понижение будет продолжаться. На конференции «Стальные трубы: производство и региональный сбыт», которая состоялась в Челябинске 19-20 мая, некоторые участники прогнозировали удешевление арматуры и сварных труб до 45-50 тыс. руб. за т с НДС.

Текущая ситуация крайне неблагоприятна для металлургов. Почти треть российского экспорта стали в 2021 г. (около 10 млн. т) пришлась на недружественные страны. К настоящему времени поставки на этих направлениях сократились до минимума. Но и многие другие государства приостановили закупки российского проката и полуфабрикатов.

Это обусловлено наличием серьезных проблем с транспортировкой и платежами. Внешняя торговля и финансовый сектор – это те области, где антироссийские санкции продемонстрировали наибольшую эффективность. Сделки в целом идут, но с большими трудностями. Нет и в ближайшее время не будет системных решений, которые позволили бы разблокировать хотя бы часть импорта и неэнергетического экспорта.

Основные покупатели российской стальной продукции в Турции, Китае, некоторых странах Ближнего Востока и в СНГ пользуются сложившейся ситуации. Отечественным компаниям приходится осуществлять продажи с большими дисконтами. Но и в целом на мировом рынке котировки падают. Во многих странах они опустились ниже уровня середины февраля текущего года.

Спрос на стальную продукцию в мире сужается. Глобальная экономика все глубже обваливается в кризис. Долгосрочный рост цен на энергоносители и продовольствие, повышение процентных ставок, разрыв логистических цепочек, политическая нестабильность делают металл невостребованным. Причем обстановка, очевидно, будет еще ухудшаться.

В российской экономике тоже вовсю идут негативные процессы. Три месяца завышенных процентных ставок, огромные проблемы с импортом и экспортом, повышение цен резко снизили деловую активность. Государственных денег в реальный сектор тоже поступает недостаточно. Программы поддержки различных отраслей задекларированы, но с их реальным исполнением на местах есть проблемы.

По некоторым оценкам, видимый спрос на прокат в России уменьшился на 25-35% по сравнению с тем же уровнем прошлого года. К этому надо еще добавить кратное падение экспорта в марте-мае и стремление металлургических компаний сохранить более-менее приемлемый уровень загрузки мощностей. В результате получаем беспрецедентное превышение предложения над спросом, обвал цен и накопление складских запасов, прежде всего, у производителей и в подконтрольных им сбытовых сетях.

На что надеются металлурги? Прежде всего, на улучшение внутреннего спроса и хотя бы частичное восстановление экспорта в июне-июле. В принципе, можно рассчитывать, что после завершения срока мартовских депозитов, которые размещались на три месяца более чем под 20% годовых, в финансовой системе высвободятся определенные средства, которые хотя бы частично подкрепят спрос. Вероятно, продолжится снижение ключевой ставки Центробанка РФ. Может быть, летом в экономику начнут поступать в заметных объемах государственные средства. Возможно, из-за укрепления рубля и низкого спроса начнется всеобщее понижение цен на все группы товаров и уменьшение затрат. Впрочем, производители стальной продукции рассматривают и другой вариант – сокращение производства. Остановку доменных и электродуговых печей, МНЛЗ и прокатных станов. К такой политике, в частности, приходилось прибегать в 2009 г., а сейчас дела как бы не похуже.

В общем, основная забота – как день простоять, ночь продержаться, да к концу месяца не обанкротиться. Однако от президента поступило задание на срочную доработку стратегии развития металлургии до 2030 г., да еще с обеспечением долгосрочного понижения цен. Казалось бы, сейчас и на месяц что-либо прогнозировать сложно, а тут требуются планы на восемь лет вперед. Тем не менее, как раз здесь от чего-то можно оттолкнуться.

Самое первое долгосрочное предположение заключается в том, что западные санкции отменены не будут – вообще и никогда. В то же время, России и другим незападным странам удастся создать свою «полуглобальную» экономическую модель со своими системами трансграничных платежей, расчетных валют, внешней торговли, международного разделения труда и т.д. Это как бы необходимое условие. Без него быть ничего не может, иначе не следовало и огород городить, т.е. спецоперацию начинать.

Если все это будет создано, у российских металлургов не будет необходимости отказываться от нынешней модели со значительной экспортной ориентацией. Правда, при этом следует отметить, что на своем «полумировом» рынке им придется конкурировать с другими крупными экспортерами из Индии, Китая, Турции, Ирана, Вьетнама, а в перспективе – некоторых других стран Юго-Восточной Азии и, не исключено, Алжира.

Наиболее перспективным рынком сбыта при этом видится Африка. Неоколониализм принес «Черному континенту» много горя. Следует создавать для него новую модель экономических отношений с развитием не только экспорта ресурсов (на чем фокусируются китайцы), но и внутреннего потребления. По сути, это будет возвращение к советской практике социального прогрессорства, но без тогдашней наивности и прекраснодушия. В то же время, создающие у себя нормальную экономику африканские страны могут стать для российских компаний весьма значимым рынком сбыта.

Африканцам будет нужны, прежде всего, прокат строительного назначения, заготовка, оцинкованный прокат, трубы. То есть, существенного изменения структуры российского экспорта стали не произойдет. Может, хуже будет с непокрытым листовым прокатом, но его, возможно, станут покупать те страны, которые отправляют свою собственную продукцию в Европу. По такой модели, в частности, традиционно строятся отношения с Турцией.

Впрочем, наиболее важные изменения относятся к внутреннему рынку. Здесь президент дает две установки. Первая – это увеличение металлопотребления, а вторая – обеспечение доступных цен.

Итак, за счет чего может возрасти спрос на стальную продукцию в России? Самое очевидное решение – стройка. Но существующая система с опорой на ипотечное кредитование – не панацея. При нынешней стоимости жилья платежеспособный спрос на него будет поневоле ограниченным. Здесь, прежде всего, не помешало бы провести глубокий анализ себестоимости строительных компаний на предмет определения источников их затрат и поиска путей их снижения.

Второй вариант – широкомасштабный приход в строительный сектор государства, например, в рамках национальной программы «Строительство», которая должна быть запущена в 2023 г. Основным содержанием этой программы может стать, скажем, строительство максимально недорогого «социального» жилья с кредитованием по минимальной ставке. За счет этого как раз можно будет повысить спрос и увеличить объемы строительства до тех самых 120 млн. кв. м в год, о которых указывается в Национальном проекте. Наконец, рост металлопотребления в строительстве может дать дальнейшее ускорение реализации инфраструктурных проектов.

К такому развитию ситуации отечественная металлургия полностью готова. В России и так существует избыток мощностей по производству стальной продукции строительного назначения. Сейчас они, к слову, в значительной мере не задействованы.

Более важное и сложное направление – это создание в России импортозамещающего производства промышленной продукции по множеству отраслей. Судостроение и авиастроение. Промышленное оборудование, станки, дорожная, строительная, горнодобывающая техника, транспортные средства и комплектующие к ним. Подшипники, электромоторы, сервоприводы, специализированный крепеж и очень много прочего. И, не забыть бы, металлосодержащие потребительские товары.

Сегодня трудно сказать, какое именно производство каких видов продукции из этого гигантского списка удастся наладить в России и в какие сроки. Но очевидно, что для новой индустриализации понадобятся специальные, нерядовые марки стали в очень широком ассортименте и в сравнительно небольших объемах для каждого отдельного вида продукции.

Поэтому вполне вероятно, что одним из основных пунктов новой стратегии развития российской металлургии должно стать создание подобной «малой металлургии» - гибких производств, способных давать по конкретным заказам относительно небольшие партии специализированной высокотехнологичной продукции. Причем такая деятельность может осуществляться и на крупных предприятиях: пример подобного подхода может, например, продемонстрировать ЧТПЗ. Да и у «Магнитки», «Северстали», НЛМК есть все возможности для выпуска качественных сталей. В сортовом сегменте такие мощности сейчас и так не загружены и могут быть расширены.

Важной составной частью этого направления должно стать освоение в России нержавеющего листового проката. Это, наверное, самый проблемный сектор в отечественной металлургии. В случае успешного проведения импортозамещения нержавейка будет очень востребованным материалом.

Что касается доступных цен, то здесь могут быть важными следующие аспекты. Во-первых, это относительно высокий курс рубля, который удешевит импорт и понизит уровень экспортных паритетов.

Во-вторых, снижение уровня затрат металлургов – прежде всего, на логистику. Понятно желание РЖД быть рентабельной и прибыльной организацией, но, наверное, важнее обеспечить относительно низкий уровень транспортных расходов для всех субъектов экономики. То же самое можно сказать о тарифах на электроэнергию и стоимости топлива. Наконец, следует кардинально пересмотреть подходы к снижению выбросов углекислого газа и прочему ESG. Новомодные «безуглеродные» технологии – это чистые затраты для металлургов. Никакой потребительской ценности они не несут.

В-третьих, меры антицикличного рыночного регулирования. В 2021 г. обсуждалось создание госрезерва металлопродукции. Не исключено, что это решение следует рассмотреть повнимательнее. Также избежать резких скачков цен могут помочь данные оперативного мониторинга – например, в виде индекса «МСС-ТР» (Температура рынка). Им могут воспользоваться как дистрибьюторы, так и производители.

Наконец, в-четвертых, можно сделать ценовой вопрос менее важным. Если значительная часть потребления стали в России будет приходиться на высококачественную специализированную продукцию для промышленности, ее стоимость станет второстепенным фактором. Вообще, Россия должна увеличивать долю в экономике высокотехнологичной продукции с высокой добавленной стоимостью. Тогда генерируемых прибылей хватит и бизнесу, и населению, и государству.

Мир, похоже, разделяется новым «железным занавесом». Но тогда стоит позаботиться о том, чтобы на нашей стороне от него жизнь была лучшее и комфортнее.

Источник: ИИС «Металлоснабжение и сбыт»
НПП «Макромер» запустил производство СТП-полимеров
20.05.2022
НПП «Макромер» запустил производство СТП-полимеров
Владимирское предприятие НПП «Макромер» им. В.С. Лебедева запустило производство полиуретановых олигомеров с концевыми алкоксисилановыми группами (СТП-полимеров). Об этом сообщает RUPEC со ссылкой на представителя компании.

Предприятие «Макромер», фото ©macromer.ru


Эта продукция ранее поступала из-за границы, поскольку своего производства не было. Однако зарубежные поставки СТП-полимеров прекратились. Связующие российского производства являются аналогами продуктов серии Geniosil STP и Desmoseal SXP (их производят, к примеру, Wacker и Covestro, прим ред.).

«Отверждение СТП-полимеров происходит путем гидролиза алкоксисилановых групп влагой воздуха при температуре помещения, без выделения углекислого газа, в результате чего образуется трехмерная структура. Благодаря такой структуре силан-модифицированные полимеры сочетают в себе преимущества полиуретанов (ПУ) и силиконов: органическая полиуретановая фаза дает возможность регулировать свойства материала за счет варьирования ПУ-блоков, эластичность при низких температурах, прочность, высокую адгезию к различным субстратам, хорошую когезию, легкость окрашивания», — пояснили в НПП «Макромер».

Как отметил представитель компании, российские аналоги имеют повышенную устойчивость к УФ-излучению, воде, кислотам и щелочам, высоким температурам, а также экологически безопасны, поскольку не включают растворители и токсичные изоцианатные группы.

Источник: ЛКМ Портал