Российский производитель
защитных покрытий

Надо ли играть по чужим правилам?! Российский и мировой рынок стали: 31 октября — 7 ноября 2021 г.

Для просмотра поверните устройство в вертикальное положение
10 Ноября 2021
Подъем на российском рынке арматуры, похоже, подходит к своему пику. Цены достигли 80 тыс. руб. за т, чего не бывало даже в середине лета, но на этом уровне, очевидно, не удержатся. Даже самый ажиотажный спрос рано или поздно насыщается, а именно это сейчас и происходит.

Проблемой подъема цен на прокат строительного назначения озаботилось Министерство промышленности и торговли, отреагировав на нее, правда, с некоторым запозданием. Так что теперь металлурги и металлотрейдеры, которых снова вызывают «на ковер», могут честно отрапортовать, что новых повышений больше не будет.

Тем не менее, в качестве одной из мер противодействия в Министерстве рассматривают повышение экспортной пошлины на металлолом до 100 евро за т. Как показали события последних месяцев, когда пошлина составляла поначалу 45 евро, а затем 70 евро за т, таким образом можно действительно сократить поставки сырья в дальнее зарубежье. В то же время, существенного удешевления лома на российском рынке не произошло, а с середины октября он стабильно идет на подъем.

Пока что закупочные цены заводов немного уступают рекордным показателям начала июня, но зимой, вероятно, их превзойдут. Лома на российском рынке просто не хватает. Можно полностью остановить поставки этого сырья за пределы СНГ, но за счет этого объем предложения в России вырастет, в лучшем случае, на единицы процентов. Надо увеличивать ломосбор, но для этого сначала надо понять, как это сделать, и реально ли сделать вообще. Возможно, этот сектор стал слишком зарегулированным, а это всегда препятствует росту бизнеса.

Вообще, в последнее время на российском рынке черных металлов наблюдается интересная особенность. Повышение цен на нем происходит с минимальной привязкой к зарубежным событиям, так как было вызвано, прежде всего, оживлением внутреннего спроса в условиях дефицита предложения и проблем с железнодорожными поставками. Взлет в арматурном секторе действительно сопровождался подорожанием заготовки и сортового проката на мировом рынке в первой половине октября, но тот рост давно закончился и вряд и возобновится в обозримом будущем. Меткомбинаты рассчитывают, что листовой прокат в России выйдет на пик в декабре, но внешняя поддержка для этого невелика.

Резкий рост затрат металлургических компаний Европы, Индии, Турции на электроэнергию, природный газ, энергетический и коксующийся уголь не привел к такому же значительному подорожанию стальной продукции. Цены не пустил вверх недостаточный спрос на прокат. Кроме того, усиливается спад в Китае, и на этот фактор приходится обращать внимание всем участникам мирового рынка.

Только за последнюю неделю биржевые котировки на арматуру и горячекатаный прокат в Китае упали примерно на $60 за т, до уровня, соответствующего началу февраля текущего года. Тогда китайский спад спровоцировал падение цен не только на мировом, но и на российском рынке под влиянием экспортных поставок дешевого проката из КНР.

История повторяется. В конце октября и начале ноября китайские компании активно перепродавали заготовку, заказанную до начала энергетического кризиса, в страны Восточной и Юго-Восточной Азии, обвалив котировки на нее в регионе на $40-60 за т за две недели. А сейчас наступает очередь горячекатаного проката. За те же две недели котировки на него обрушились более чем на $100 за т, до менее $820 за т FOB. Это не выводит из игры российских металлургов, но заставляет их отказаться от повышения цен в Азии по сравнению с первой половиной октября. Более того, китайский прокат может вернуться на рынки Турции и других стран Ближнего Востока.

При этом восстановления китайского рынка в обозримом будущем, скорее всего, не произойдет. Строительный сектор столкнулся с падением объемов инвестиций и ужесточением государственного регулирования. В начале ноября финансовые проблемы возникли еще у нескольких китайских девелоперских компаний, зарегистрированных на фондовой бирже Гонконга. Ситуация на угольном рынке несколько улучшилась, но приближающаяся зима, по прогнозам метеорологов, обещает быть холодной. Поэтому ограничения на энергоснабжение промышленных предприятий, скорее всего, не будут отменены до весны.

Здесь остается надеяться только на то, что падение производства стали в Китае окажется в итоге более значительным, чем спад потребления. Кроме того, как заявляет национальная металлургическая ассоциация CISA, Китай не может себе позволить экспортировать стальную продукцию в значительных объемах, так как должен в первую очередь заботиться об энергосбережении и сокращении выбросов углекислого газа. Для этого выплавка стали в стране должна быть ограничена до необходимого минимума, чтобы хватало только для удовлетворения внутренних потребностей.

Вообще, борьба с выбросами углекислого газа в последнюю неделю находилась в центре внимания благодаря проведению в Глазго (Великобритания) конференции ООН по климату COP26. Неделей ранее эта проблема заявлялась в качестве приоритетной на саммите G20.

Всемирный съезд членов климатического лобби вызвал немало язвительных комментариев. Чего, например, стоило прибытие борцов с выбросами на целой стае частных джетов, которые являются, можно сказать, чемпионами в гражданской авиации по величине углеродного следа?! Или кортеж президента США Джо Байдена, состоящий из 85 автомобилей с «некошерными» двигателями внутреннего сгорания?!

Кстати, глава «свободного мира» прибыл в Европу после чувствительной неудачи в Конгрессе. Палата представителей не утвердила программу выделения $1,75 трлн. на различные социальные цели и стимулирование перехода к безуглеродной энергии. Радикальное крыло правящей Демократической партии США не устроила предложенная сумма: они хотели, чтобы она была в два раза больше. Правда, уже после отбытия президента в Глазго Конгресс утвердил программу развития инфраструктуры с инвестициями более $1 трлн. Еще один фактор разгона инфляции.

В ходе COP26 прозвучало немало интересных высказываний. Тот же Джо Байден выступил против новых инвестиций в добычу нефти и газа и за борьбу с выбросами метана. Последняя с большой вероятностью поставит крест на добыче сланцевого газа в США — на минутку, главного источника энергии для американских электростанций. А потом он же раскритиковал страны ОПЕК+ за то, что они в недостаточной степени увеличивают у себя добычу нефти, из-за чего, якобы, дорожает бензин в США.

Еще более ярко высказался генеральный секретарь ООН Антониу Гутерриш. В своей эмоциональной речи он призвал народы мира перестать бурить землю и добывать полезные ископаемые, так как тем самым они «копают себе могилы». Это заявление вызвало оторопь даже у некоторых представителей климатического лобби.

Энергетический переход на самом деле потребует резкого увеличения производства алюминия, меди, никеля, кобальта, лития и редкоземельных металлов. В частности, по подсчетам консалтинговой компании Wood Mackenzie, чтобы добиться нулевых выбросов углекислого газа к 2050 г., потребление одной только меди к 2040 г. должно вырасти на 19 млн. т по сравнению с 2020 г.

В WoodMac не скрывают, что эта миссия невыполнима. Из 20 крупнейших медных рудников мира половина была введена в строй еще до начала Второй Мировой войны, а то и в XIX веке. В XXI веке было найдено и введено в эксплуатацию только одно крупное медное месторождение в мире — Kamoa-Kakula в Замбии. Предполагается, что в 2028 г. объем добычи достигнет там 840 тыс. т в год. Несколько крупных нетронутых месторождений есть в США. Но местные законы и процедуры до крайности затрудняют их освоение, а в администрации президента Байдена уже подготовили закон, в соответствии с которым выплаты роялти с горнодобывающей деятельности должны будут вырасти в пару-тройку раз.

Впрочем, мировое климатическое лобби, к которому относятся все без исключения ведущие западные (и не только западные) политики, напоминает громадного динозавра, который упорно движется вперед, принципиально не замечая, что его что-то держит за хвост. На COP26 была озвучена стоимость перехода к безуглеродной глобальной экономике - $130 трлн. в текущих ценах. И эту сумму планируется получить и потратить.

Если ранее основным источником средств на продвижение климатических проектов выступали государственные субсидии, то теперь, когда вал эмиссионных денег грозит обрушить мировую финансовую систему, просто так «нарисовать» нужное количество триллионов уже как-то страшновато. Поэтому раскошелиться должны бизнес и население. В частности, предлагается ввести общемировую обязательную систему взимания платы за выбросы углекислого газа. Причем ее размер должен достигнуть $75 за т к 2030 г. Для меткомбинатов, например, это означает дополнительную финансовую нагрузку на уровне $140-150 на каждую тонну стали.

Правительство Великобритании заявляет, что каждая компания в обязательном порядке должна составить план обнуления выбросов углекислого газа. А надзирать за тем, как она его выполняет, должен будет некий независимый орган. Как заявил британский министр финансов Риши Сунак (Rishi Sunak), инвесторы должны относиться к климатическому аспекту их вложений не менее тщательно, чем к расчету прибылей и убытков. В ООН поддержали эту инициативу и призвали реализовать ее в глобальных масштабах.

На COP26 было заявлено, что ведущие страны мира должны закрыть все свои угольные электростанции не позднее 2040 г., а развивающиеся страны — до 2050 г. Причем это официальная декларация, к которой присоединились такие государства как Вьетнам и Польша, для которых угольная энергетика очень важна. Правда, пока что среди подписантов нет США, Китая, Индии и Австралии.

Россия, как известно, тоже заявляет о намерении декарбонизировать свою экономику к 2060 г. И хорошо, если к тому времени большую часть электроэнергии в стране будут генерировать ГЭС и АЭС с замкнутым топливным циклом, а выбросы газовых ТЭС и ТЭЦ будут обнуляться, например, улавливанием углекислого газа лесами и болотами. Однако позволят ли нам играть в чужую игру по своим правилам?!

Пока что более вероятным выглядит вариант, что российскому бизнесу, действующему на международном уровне, придется принимать западные правила и нести огромные расходы на декарбонизацию, не получая от этого никакой реальной финансовой отдачи. Сейчас российские меткомбинаты рапортуют о снижении удельных выбросов углекислого газа на единицы процентов и считают это немалыми достижениями. Но что, если от них потребуют уменьшения эмиссии в разы?!

Впрочем, не будем заранее огорчаться и бить тревогу. Приближается зима, которая обещает быть весьма суровой. А чистый морозный воздух обычно хорошо проветривает мозги.

Источник: ИИС «Металлоснабжение и сбыт»