Российский производитель
защитных покрытий

Скованные одной цепью. Российский и мировой рынок стали: 9-16 мая 2021 г.

Для просмотра поверните устройство в вертикальное положение
21 Мая 2021
Прошедшая неделя выдалась непростой и неоднозначной. На мировом рынке стали она началась со взрывного роста цен на сортовой прокат, металлолом и железную руду, основным источником которого стал Китай. Однако в конце недели резко подскочившие котировки пошли там на снижение.

В российской экономике главным событием недели стало выступление премьер-министра в Государственной Думе. Оно было очень обширным, там много было сказано о борьбе с коронавирусом, о социальных аспектах, о промышленном развитии и широкомасштабных инвестиционных планах правительства, но немало внимания в нем было уделено и ценовой проблеме. Пусть применительно, в основном, к продовольствию и бензину, но поднятые вопросы имеют прямое отношение и к стальной продукции.

Отметим, что рост цен на стальной прокат, другие металлы и ресурсы становится все более острой проблемой для мировой экономики. Некоторые эксперты, представляющие, в частности, такие структуры как Банк Англии и ФРС США, заявляют, что причин для серьезного беспокойства пока нет. Мол, инфляционные процессы имеют временный характер и не продлятся долго, а западные страны по мере одоления коронавируса перейдут в фазу бурного экономического роста. Тем не менее, инфляция в Китае в апреле достигла наивысшего показателя за последние три с половиной года, а в США — максимальной отметки за 12 лет. Увеличение стоимости сырья проходит все дальше по производственной цепочке и начинает двигать вверх цены на конечные изделия. А на рынке недвижимости этот процесс наблюдается еще с прошлого года.

Специалисты опасаются, что повышение инфляции заставит власти западных стран поднять базовые процентные ставки, что смертельно опасно для закредитованных до предела и убыточных корпораций, которых в западных странах (особенно, в США) очень много. Однако и продолжение денежной накачки экономик при нулевой процентной ставке не ведет ни к чему хорошему. Ускорение инфляции будет сужать спрос, что так же приведет к кризису, только по другому сценарию.

Пока что финансовая политика западных стран остается прежней, а значит, котировки на листовой прокат продолжают расти. ArcelorMittal подняла базовые цены на горячекатаный прокат в Европе уже до 1100 евро за т EXW, а в США данная продукция может продаваться дороже $1700 за т EXW при сроке доставки от 16 недель. В России установлены новые ориентиры на июнь — 104 тыс. руб. за т CPT для горячекатаного проката, 120 тыс. руб. за т для холоднокатаного и 150 тыс. руб. за т для оцинкованной стали.

Как отмечал в своем выступлении наш премьер, «низкие процентные ставки и необеспеченные товарами деньги на рынке разогнали инфляцию в мире». И выравнивание внутренних цен по экспортному паритету вызывает заметное неудовольствие российского правительства. Равно как и выведение сверхприбылей за рубеж, в чем, в частности, были замечены и отечественные металлурги.

Возможно, новое повышение цен на прокат до совершенно неудобоваримых уже значений подтолкнет власти к более решительным шагам по отношению к производителям стали, чем январское повышение экспортной пошлины на металлолом. Правда, остается вопрос о степени эффективности таких мер.

Правительство КНР в конце апреля, вроде бы, и правильно все делало, отменяя возврат НДС при экспорте большинства категорий стальной продукции. Однако это заявление стало причиной рекордного скачка цен на нее. К 12 мая котировки на арматуру на Шанхайской фьючерсной бирже подскочили на $100 за т по сравнению с 30 апреля, а на горячекатаный прокат — более чем на $130 за т. Экспортные цены на арматуру и катанку китайского производства превысили $1000 за т FOB, за считанные дни увеличившись на $150 за т, а предложения на поставку товарной заготовки в Китай достигли более $800 за т CFR по сравнению с $670-690 за т в конце апреля. Стоимость железной руды, поставляемой в Китай из Австралии, рывком вышла на отметку $237 за т CFR, более чем на 20% превысив прежний абсолютный рекорд 2011 г.

Правда, в конце недели котировки на китайских биржах пошли вниз, убрав около половины майского прироста. Однако это в значительной степени произошло благодаря изменению правил биржевых торгов, что позволило погасить спекулятивный ажиотаж. Правительство КНР заявило, что примет меры против подорожания, но без конкретики. Это также помогло утихомирить страсти, но не решает главную проблему: как прекратить подъем цен в отдельно взятой стране в условиях ускорения инфляции на мировом рынке?

Небольшое исследование китайской консалтинговой компании Mysteel показало, что реальных инструментов у правительства КНР почти что и нет. Экспорт оно уже попыталось уменьшить — результат с точки зрения ценовой ситуации негативный. Расширение производства стали с целью создания избытка предложения ведет к еще более сильному подорожанию сырья и противоречит базовой политике, направленной на сокращение эмиссии углекислого газа, что, наоборот, требует снижения выплавки. Впрочем, китайские меткомбинаты и так увеличивают средний уровень загрузки с начала апреля.

Дешевая распродажа из госрезерва панацеей тоже не является. В этом году власти уже объявили, что рассматривают вопрос о выбросе на рынок 500 тыс. т алюминия из стратегических запасов. Котировки на этот металл немного дрогнули, а затем снова пошли вверх, достигнув 10-летнего максимума. Увы, но 500 тыс. т — это всего лишь около 1,5% от годового оборота китайского рынка алюминия. А в отношении стального проката ничего нельзя противопоставить известному принципу: чтобы продать что-нибудь ненужное, надо сначала купить это самое ненужное. И вообще, хранить на складах госрезерва арматуру или листовой прокат, подверженные ржавлению, это, возможно, не самая лучшая идея.

В Китае даже обсуждается возможность сужения внутреннего спроса, например, за счет остановки ряда инфраструктурных проектов и отмены других. Но это означает — своими силами гробить национальный экономический рост. К тому же, повышение цен определяется, главным образом, внешними факторами. Даже Китай не может повлиять на Штаты или ЕС, чтобы те прекратили финансово поддерживать бизнес и население либо подняли процентные ставки. Во Вьетнаме, где проблема роста цен на металл тоже вышла на уровень правительства, признают, что особых рычагов влияния на ситуацию не имеют. Там сейчас предлагается принять меры по сокращению внешних продаж стальной продукции, например, посредством введения экспортных пошлин. То же самое заявляют и индийские специалисты, указывая, что их ставка должна составлять порядка 20-25%.

Впрочем, пока что ни одна страна в мире не прибегла к такому приему, поэтому рассуждать об эффективности подобных мер можно только умозрительно. У нас повышение экспортной пошлины на металлолом на 30 евро за т особого результата не дало. Да, лом сейчас стоит в России дешевле, чем на внешних рынках, но его удешевление, начавшееся только в апреле (через два месяца после введения в силу новых правил), к настоящему времени приостановилось. Может, с прокатом просто надо действовать решительнее. С другой стороны, на экспорт уходит более трети стали, выплавляемой в России, поэтому полностью его закрыть тоже нельзя.

Правда, следует отметить, что события последних месяцев словно подталкивают России к тому, чтобы вообще до минимума сократить экономические связи с западными странами. Так, премьер-министр упоминал в своем выступлении о таком вопросе как борьба с изменением климата и ее последствия.

Прежде всего, следует отметить, что таковая борьба, скорее всего, является полным фейком. Просто по логике: абсолютно вся нынешняя пропаганда западных стран лжива, лицемерна и двулична. Поэтому было бы крайне маловероятно, если бы в этих завалах фальсификаций нашлось одно-единственное истинное направление, продиктованное реальной заботой о нуждах всего человечества. Как говорится, почему вдруг борьба с климатическими изменениями должна принципиально отличаться от всяких BLM, борьбы за права сексуальных меньшинств, «европейского выбора» и прочих фантомов?!

Здесь можно проследить несколько целей. Так, безуглеродный переход маскирует резкое снижение уровня потребления и жизни населения в целом из-за удорожания и меньшей доступности энергии, заслоняет в массовом сознании реальные общественные проблемы, обеспечивает перекачку триллионных сумм в нужные карманы за счет государственного субсидирования, льгот и повышенных цен, блокирует экономический рост в развивающихся странах, отрезая их от дешевой и доступной энергии. Кроме того, использование исключительно солнечной и ветряной энергии позволяет избавится от зависимости от импорта традиционных энергоносителей — угля, нефти и газа.

Для России это означает искусственное урезание спроса на ее главные экспортные товары — нефть и газ, обложение российской продукции углеродными тарифами, навязывание ей климатической повестки, что приводит только к излишним затратам без создания какой-либо ценности для потребителей.

Правительство РФ сейчас пытается встроиться в эту систему на своих условиях. Правительство внесло в Государственную Думу законопроект «Об ограничении выбросов парниковых газов», заявляется о необходимости создания собственной системы учета их выбросов и поглощения, о перспективах новой отрасли по производству водорода и др. Однако представляется, что в долгосрочной перспективе это бесполезно. Если даже Китай вопреки интересам собственной промышленности начал бороться с выбросами углекислого газа, никто не позволит нам остаться в стороне. В эти игры можно только не играть, категорически, бесповоротно и принимая на себя все последствия.

Экономическая автаркия — это, безусловно, плохо, КНДР не даст соврать. Слишком большая часть российской экономики работает на экспорт, в слишком большом количестве важных областей мы критично зависим от импорта. Но и продолжать связывать себя цепью со все больше идущей в разнос западной финансовой системой — тоже не лучший выход. И с течением времени он становится все более худшим. Между прочим, это начинают понимать и в других странах. Так что, может, нас и так ждет развал глобальной экономики на зоны?! А если процесс нельзя остановить, может, есть смысл его возглавить?!

Источник: ИИС «Металлоснабжение и сбыт»

Вам также может быть интересно
Worldsteel опубликовала рейтинг ведущих металлургических компаний
11.06.2021
Worldsteel опубликовала рейтинг ведущих металлургических компаний
Международная металлургическая ассоциация World Steel Association (Worldsteel) опубликовала рейтинг крупнейших металлургических компаний мира, в которую включила 107 производителей из 21 страны, выплавивших в 2020 г. более 3 млн. т стали.

Доминируют в этом рейтинге китайские компании, занявшие в нем 64 места. При этом в первой десятке 7 китайских представителей, а среди двадцати ведущих металлургических компаний мира 12 китайских. Кроме них, там по две компании из Японии и Южной Кореи и по одной из Люксембурга, Индии, США и Ирана.

Первое место в глобальном рейтинге заняла китайская группа Baowu, которой насчитали 115,29 млн. т. Прежний лидер ArcelorMittal на втором месте с результатом 78,46 млн. т. Замкнула тройку лидеров китайская HBIS Group, чьи предприятия выплавили в 2020 г. 43,76 млн. т стали.

Еще три компании произвели в прошлом году более 40 млн. т. Это китайская Shagang Group (41,59 млн. т), японская Nippon Steel (41,58 млн. т) и корейская Posco (40,58 млн. т). Замыкают десятку снова китайские компании Ansteel (38,19 млн. т), Jianlong (36,47 млн. т), Shougang (34,00 млн. т) и Shandong Steel (31,11 млн. т).

В глобальный рейтинг вошли шесть российских компаний. Это группа НЛМК (22-е место, 15,75 млн. т), Евраз (30-е место, 13,63 млн. т), группа ММК (37-е место, 11,57 млн. т), Северсталь (40-е место, 11,31 млн. т), Металлоинвест (72-е место, 4,97 млн. т) и Мечел (96-е место, 3,61 млн. т).

Источник: ИИС «Металлоснабжение и сбыт»
Ситуация на российском рынке coil-coatings
11.06.2021
Ситуация на российском рынке coil-coatings
Ежеквартальное издание «Хим-Эксперт. Coil-Coatings» о рынке ЛКМ для рулонного проката в России.

Этот и другие графики в PDF:

Потребление краски выросло пропорционально.
В 2020-м сегмент coil-coatings продемонстрировал небольшой рост.
Потребление выросло за счет внутреннего производства.
Доля отечественных ЛКМ выросла значительно.
Игроков не много, но конкуренция острая.
Российские производители увеличили объемы выпуска.
Импортерам в 2020-м не удалось достичь таких же показателей.
В России значительный резерв мощностей.
Спрос будет расти на продукты со спецсвойствами.
Зависимость от импортных смол — одна из основных сырьевых проблем.
Потребление coil-coatings будет расти, но темпы будут невысокие.
Самое интересное — это считать чужие деньги. Российский и мировой рынок стали: 30 мая — 6 июня 2021 г.
10.06.2021
Самое интересное — это считать чужие деньги. Российский и мировой рынок стали: 30 мая — 6 июня 2021 г.
Петербургский международный экономический форум — сам по себе событие, а в этом году одним из главных его «героев» стала металлургия. Правда, таким образом, что лучше бы и не становилась.

Рост цен на стальную продукцию, продолжающийся с осени прошлого года, оказывает все более заметное и негативное влияние на экономику. И превышение смет при реализации государственных строительных и инфраструктурных проектов, о чем так беспокоятся в правительстве, - это только вершина айсберга, причем сравнительно небольшая.

Подорожавшая в 2-2,5 раза стальная продукция бьет по всему металлообрабатывающему сектору, особенно, по малому и среднему бизнесу, о поддержке которого так много говорилось на ПМЭФ. Очень большой урон понесло индивидуальное жилищное строительство, которое в прошлом году было одним из основных источников роста на российском рынке стали.

Снижение цен на металл, пиломатериалы и другие ресурсы действительно становится насущной потребностью для российской экономики. Однако в информационном пространстве ее, к сожалению, в значительной мере заслонила «хайповая» тема о сверхдоходах металлургов.

Действительно, подъем цен на стальную продукцию способствовал увеличению прибыльности российских (да и любых других) металлургических компаний. По итогам текущего года их акционеры наверняка смогут рассчитывать на рекордные дивиденды, а государство получит от них повышенные суммы налогов. Но современный рынок — штука волатильная и непостоянная. Сегодня производители стали на коне, а совсем недавно, в 2015-2016 гг., большая часть мировой металлургии была убыточной. Не исключено, что пройдет еще пара-тройка лет, и нынешний подъем снова сменится резким спадом.

Кроме того, не следует забывать о том, что подорожала не только стальная продукция, но и сырье, необходимое для ее получения. Если взять за точку отсчета начало 2019 г., когда российская и мировая экономика еще находилась в нормальном состоянии, получится, что металлолом в России подорожал по сравнению с тем периодом примерно в такой же степени, что и арматура, - немногим менее, чем в два раза. А железная руда сейчас стоит почти в три раза больше, чем два с половиной года тому назад, тогда как горячекатаный прокат на мировом и российском рынке прибавил только в два — два с половиной раза. Тут можно спорить о том, что первично, а что вторично (пожалуй, это именно стальная продукция потянула за собой вверх сырье, а не наоборот), но данный фактор тоже надо учитывать.

Конечно, рассуждать о том, как избавить российских металлургов от «несправедливо нажитых» средств, можно долго, интересно и увлекательно. Но потребителям от этого не жарко, не холодно. Если взять даже те самые 100 млрд. руб. сверхдоходов, о которых упоминал первый вице-премьер Андрей Белоусов, и потратить их все на компенсацию роста затрат потребителей металлопродукции, в среднем по России им достанется всего лишь примерно по 2,5 тыс. руб. за тонну использованного проката. Не копейки, само собой, но и не бог весть, сколько. Особенно учитывая, что в настоящее время стоимость листового проката и арматуры в России превышает уровень экспортного паритета, как минимум, на 10-15 тыс. руб. за т.

Вообще, сообщение между мировым и российским рынком словно проходит через некий ниппель. Если цена на прокат растет за рубежом, она тут же начинает подниматься и в России. А вот когда экспортные котировки российских компаний после такого подъема идут на спад, внутренний рынок вдруг теряет связь с мировым и, порой, восстанавливает ее не один месяц.

Правда, тут еще немаловажную роль играет точка отсчета. Как заявил один из металлургических «топов», нынешние цены на горячекатаный прокат в России на 30% ниже, чем в Западной Европе и на 40% ниже, чем в США. Однако это же западопоклонство! Почему бы не сравнить российские котировки, например, с уровнем ведущих азиатских стран, Индии и Китая? Тогда окажется, что наши цены выше на 25-35%!

Говорят, что для любой проблемы можно найти быстрое, эффектное и... неправильное решение. В данном случае, им будет административный, таможенный или налоговый нажим на металлургов. Мы же все-таки не джентльмены, что меняют правила игры на ходу, если начинают по ним проигрывать! Как говорил глава еще одной металлургической корпорации, не надо ломать то, что работает.

Российская экономика открытая и тесно связана с мировой. Что же, за это надо платить. И если более сильные игроки, которыми являются США и другие страны Запада, мухлюют, заливая свои экономики необеспеченными деньгами и экспортируя к нам свою инфляцию, надо либо перебивать их игру своей или, ежели мощи на это не хватает, терпеть и не писать жалобы в ООН и «Спортлото».

Чтобы быстро опустить цены на металлопрокат и другие ресурсы в России, надо иметь возможность использовать либо советские, либо южнокорейские методы конца 60-х — начала 70-х гг., либо родственные им современные китайские. В любом случае это означает фактическое превращение страны в корпорацию, в которой крупный частный бизнес или не существует как класс, или находится под жестким диктатом государства и обязан выполнять его требования, в том числе, и неформальные.

Ранее российскому правительству удалось решить задачу понижения внутренних цен по сравнению с экспортными на нескольких направлениях. В случае с природным газом это происходит через государственную монополию. Для нефти и нефтепродуктов разработана система налоговых и таможенных демпферов, обратных акцизов и т. д. Нечто похожее создавалось в последние месяцы и для некоторых продовольственных товаров. Но в правительстве несколько раз повторяли, что не видят возможности создания аналогичного механизма на рынке стальной продукции.

Как отмечал еще один «маршал российского бизнеса», комментируя ситуацию на рынке жилья, чтобы снизить цены на недвижимость, надо больше строить. Совершенно верное замечание! Но в наших конкретных условиях оно означает необходимость создания крупного государственного игрока, который будет строить много и дешево (например, арендное и социальное жилье) и за счет своего предложения устанавливать на рынке ценовые потолки, ограничивая аппетиты частных девелоперов.

В российском металлургическом секторе, правда, именно такой механизм не сработает. Не будешь же строить пару новых металлургических заводов, чтобы они целевым образом снабжали только отечественных потребителей! Но еще в начале текущего года в качестве возможных долгосрочных мер предлагалось создание элементов ценового контроля за счет приобретения проката в госрезерв во время спадов и товарных интервенций в периоды резких подъемов.

Эту идею, как минимум, можно развить до состояния некой снабженческой госкомпании, приобретающей металл по оптовым ценам на предприятиях и поставляющей его независимым металлотрейдерам и конечным потребителям по сглаженным формульным ценам, но здесь очень многое будет зависеть от качества управления данной структурой. Впрочем, от него всегда все зависит...

Так или иначе, российским потребителям стальной продукции, скорее всего, придется ждать, пока мировой рынок не исправит сам свои диспропорции. Вариантов здесь несколько. Во-первых, сбить цены могут китайцы, покупая товарную заготовку не дороже $650-670 за т CFR и продавая горячекатаный прокат на экспорт по $900-950 за т FOB. Но тут многое зависит от политики китайского правительства, которое само блуждает в трех соснах, пытаясь совместить климатическую политику с реальными потребностями экономики, а внутренний рынок с экспортом. Если китайцы таки введут с 1 июля экспортные пошлины на сортовой и листовой прокат, понижающее влияние с их стороны сойдет на нет.

Во-вторых, через пик подъема могут перевалить западные страны. В Европе, например, листовой прокат уже больше недели сохраняет стабильность. Но дефицит стальной продукции на региональном рынке, по оценкам местных специалистов, продлится, как минимум, до конца текущего года. Аналогичная ситуация в США, где повышение цен, между прочим, все еще продолжается.

В-третьих, США и ЕС могут принять меры по борьбе с инфляцией, которые пропагандируют наш министр финансов и глава Центробанка РФ. Это значит, поднять процентные ставки, сократить бюджетные расходы, охладить перегретые рынки. У нас подобную политику уже проводили в 2015-2016 гг. в очень похожих обстоятельствах. Разве что, причиной роста инфляции тогда был не прямой ее импорт из западных стран, а падение курса рубля. Для экономики такие меры оказались весьма неприятными.

Поэтому не слишком вероятно, что США и Евросоюз воспользуются теми рецептами, которыми они пичкают других. Скорее, они продолжат денежную накачку и не будут торопиться с объявлением о завершении эпидемии коронавируса. Впрочем, надо будет посмотреть, станут ли США продлевать свои программы поддержки населения и бизнеса, срок действия которых завершается в сентябре.

Таким образом, можно предположить, что прекращение роста цен на стальную продукцию в России в июне-июле вполне реально, а вот существенное понижение котировок до уровня прошлого года (или хотя бы марта, как для госпроектов) — нет. Для этого должны смениться долгосрочные тенденции, чего мы пока не наблюдаем.

И, в завершении несколько слов о климатической политике. Информационное агентство Reuters обнародовало проект европейской схемы углеродных тарифов, ввод которой в действие может начаться с 2023 г. Грубо говоря, европейских импортеров стали, алюминия, цемента, удобрений и электроэнергии (повторяю: импортеров!) обяжут оплатить по европейским ценам разрешения на выбросы всего углекислого газа, что возникли в течение всего процесса производства закупаемой за рубежом продукции.

В частности, при нынешних ценах это означает, например, введение дополнительной пошлины на российский горячекатаный прокат в размере 95-100 евро за т за одну только выплавку стали плюс плата за углекислый газ, выделенный в процессе прокатки, плюс плата за непрямые выбросы при генерации электроэнергии и, может быть, добыче железной руды и коксующегося угля. Причем всю систему предлагается сделать максимально громоздкой и неудобной для импортеров, которым угрожают драконовскими штрафами за попытки приуменьшения выплат. При таком механизме российским металлургам, действительно, придется уйти с европейского рынка или тратить еще большие деньги на внедрение у себя безуглеродных технологий, да еще и сертифицированных западными органами, которые станут для них чистыми издержками, — ни уму, ни сердцу. Президент в своем выступлении на ПМЭФ, впрочем, предложил альтернативный вариант. Если уж Россия не в состоянии противостоять в одиночку охватившему весь мир климатическому безумию, можно попытаться направить движение в другом направлении — не добиваться параноидальной ликвидации выбросов углекислого газа, а сделать упор на него поглощение.

Как заявил президент, Россия обладает колоссальными поглощающими возможностями за счет лесов, болот, сельхозугодий, и поэтому может занять ведущее место на глобальном рынке так называемых «углеродных единиц». Поэтому и металлурги могут повышать свою международную конкурентоспособность, вкладывая средства в защиту лесного хозяйства или облагораживание земель. Конечно, здесь принципиальное значение имеют проработка общепризнанных критериев климатических проектов, создание прозрачной системы оценки поглотительной способности участков и постоянного контроля эмиссии и поглощения углекислого газа.

Очень сомнительно, что такую схему поддержат в западных странах, хотя отвергнуть ее с помощью рациональных доводов весьма сложно. Так что, будет весело!

Источник: ИИС «Металлоснабжение и сбыт»