Без ума, но с фантазией. Российский и мировой рынок стали: 9—16 марта 2025 г.

Прошедшая неделя запомнилась, прежде всего, событиями в военно-политической сфере. А на рынке стальной продукции наиболее обсуждаемой темой уже которую неделю подряд являются американские пошлины.

Отсрочка закончилась, и с 12 марта они вступили в силу. Причем, для канадских и мексиканских компаний к основной ставке 25% добавились еще 25%, которыми облагается весь импорт из этих стран, а для китайских тариф в совокупности достиг 70%.

Практически все отраслевые специалисты вне США критикуют действия американской администрации, указывая, что их последствием станет (уже стал) подъем цен на металл. Действительно, стоимость всех категорий листового проката в США к настоящему времени возросла более чем на 30% по сравнению с началом текущего года.

Причем, под тарифы попал не только прокат. Они также распространяются на сотни видов металлоизделий — от гвоздей и алюминиевых банок для напитков до металлоконструкций и бульдозерных ножей. С одной стороны, это сильно затрудняет любой обход тарифов, но с другой, подорожание затрагивает практически всю экономику.

Для международной торговли стальной продукцией обновленная версия американских тарифов представляет собой серьезную встряску. В эпицентре кризиса оказывается Канада. Из немногим более 12 млн. т стали, которые ежегодно выплавляются в стране, почти половина экспортируется в США. А обратно приходит порядка 3,5 млн. т американской стальной продукции. В автомобилестроении переплетение экономик двух стран еще более тесное.

Металлургические компании из ряда стран (Бразилия, Южная Корея, Австралия) надеются на то, что вскоре им удастся получить освобождение от стальных тарифов, как это произошло в 2018 г. Тогда все тоже началось с введения 25%-ных пошлин для всех без исключения, а затем американские власти фактически начали торговать льготами, получая взамен согласие зарубежных производителей на добровольное ограничение поставок.

Вообще, вопрос о льготах и исключениях имеет принципиальный характер. Нынешняя идеология американских властей ставит во главу угла импортозамещение и локализацию. От иностранных компаний прямо требуется создание производственных мощностей в самих США — только при таком условии они получат беспрепятственный доступ на американский рынок.

Правда, тут может возникнуть ситуация, когда высокие американские цены будут компенсироваться высокими американскими затратами. Но у США есть, как минимум, один козырь (точнее, два, если считать их президента) — относительно низкая стоимость электроэнергии и природного газа. Здесь Штаты кроют даже Китай, который более половины потребностей в газе покрывает за счет импорта, а в электроэнергетике вкладывает триллионы юаней в новые возобновляемые генерирующие мощности и расширение электросетей.

Если США снова начнут приоткрывать калитку на свой рынок для избранных союзников (в древнеримском понимании), может очень легко повториться ситуация 2018 г. Тогда после введения стальных тарифов цены на стальную продукцию взлетели вверх на 25-30%, а по мере предоставления исключений начали опускаться. В 2019 г., когда более 70% американского импорта стали было так иначе выведено из-под действия тарифов, котировки вообще упали чуть ли не вдвое по сравнению с прежним пиком.

Пока что дело представляется так, словно власти США намеренно и добровольно подвергают свою экономику шоку, подобно как Россия получила в 2022 г. шок от санкций. Но тогда иностранные компании добровольно или по принуждению начали покидать отечественный рынок. США, наоборот, рассчитывают на приток зарубежных инвестиций в новые производственные мощности.

Это процесс не быстрый, и для его реализации необходимо, как минимум, поддерживать привлекательность американского внутреннего рынка. Если нынешняя администрация Белого Дома (вашингтонского) будет упорно гнуть свою линию и не утратит контроль над Конгрессом на промежуточных выборах 2026 г., страну будет сильно колбасить несколько лет, но на выходе могут получиться интересные результаты. По крайней мере, можно будет говорить о наличии хотя бы в некоторых американских кругах стратегии долгосрочного планирования.

В общем, за США будет интересно следить. А вот на мировом рынке стали американские пошлины запускают новый раунд протекционизма, который распространился на те страны, которые ранее этим не увлекались. Под ударом оказался в первую очередь Китай. После того как Вьетнам установил предварительные антидемпинговые пошлины на китайский горячекатаный прокат, расследования по импорту аналогичной продукции запустили Южная Корея, Мексика и Тайвань.

На сессии Всекитайского собрания народных представителей, которая проходила с 5 по 11 марта, было заявлено, что объемы выплавки стали в стране необходимо уменьшать. А руководители трех крупных металлургических групп в своих выступлениях предложили создать общенациональную систему развития производственных мощностей. Чтобы государство контролировало и координировало процесс создания новых производственных линий и закрытие устаревших и неэффективных.

Каких-либо конкретных решений по этому вопросу принято не было. Но очевидно, что Китай продолжит сокращать объемы выплавки стали. А в сортаменте металлургических компаний будет увеличиваться доля специализированной премиальной продукции. На внешних рынках китайских поставщиков заменят другие. Вьетнамские, японские, индонезийские, турецкие компании будут только рады. Многие из них также намерены расширять поставки в США, где уже не должно быть конкуренции со стороны «льготников».

Европейская металлургическая ассоциация Eurofer издала привычный плач о том, что прокат, вынужденный покинуть американский рынок из-за пошлин, непременно ломанется в Европу. Кстати, на этот раз для этого есть основания, так как канадские, мексиканские, бразильские и южнокорейские металлурги точно интересуются альтернативными направлениями.

Как и в 2018 г., Европейская комиссия прибегла к превентивным мерам, ужесточив ограничения на импорт стали. По некоторым категориям стальной продукции урезали квоты и запретили переносить не использованные объемы на следующий квартал. Практически по всем категориям введены лимиты на максимальную долю крупнейших поставщиков, относящихся к «прочим странам».

Так, например, Вьетнам, Япония, Тайвань и другие не могут превысить во втором квартале 2025 г. долю в 13% от общей квоты для стран, не имеющих индивидуальных лимитов на поставки горячекатаного проката. К таковым относятся Турция, Индия, Южная Корея, Великобритания и Сербия. Они в апреле-июне имеют право беспошлинно отправить в ЕС от 142,38 тыс. (Сербия) до 397,96 тыс. т данной продукции (Турция), а для всех прочих стран предельный показатель составит 116,45 тыс. т.

От всех этих тревожных событий цены на стальную продукцию на мировом рынке в целом немного возросли. В частности, заметную роль сыграл подорожавший в США металлолом, вызвавший увеличение стоимости этого сырья в Турции и азиатских странах. Турецкие металлургические компании начали в ответ поднимать котировки на заготовку и готовую стальную продукцию.

Понемногу прибавляет прокат и в России. Металлургические компании повысили цены на некоторые виды проката в марте и планируют более широкое подорожание в апреле. В этом им помогает, в первую очередь, ограничение внутренних поставок. Для этой цели используются ремонты, экспорт, прямое снижение уровня загрузки мощностей.

Данная стратегия дает эффект. Особого избытка предложения на рынке не ощущается. Исключением являются, как и ранее, сварные трубы общего назначения, но даже они немного подорожали за последнее время. Правда, спотовый рынок растет медленнее первичного. Фактически воспроизводится прошлогодняя ситуация, которая завершилась масштабной коррекцией заводских цен.

Основная проблема заключается в недостаточном спросе. Государство снова авансировало контракты, резко увеличив бюджетные расходы в январе-феврале по сравнению с прошлым годом. Относительно теплая зима поддержала потребление в строительстве. Но сейчас влияние этих факторов сходит на нет. А что тогда будет? Пока что дистрибьюторы не видят существенного расширения видимого спроса. Весеннего оживления еще нет, и не факт, что оно вообще произойдет.

При этом, существенные изменения экономической политики маловероятны. Официальный уровень инфляции в феврале достиг 10,06% против 9,92% в январе. Поэтому в Центральном банке не исключают, что на заседании 21 марта может быть принято решение о повышении ключевой ставки. Этот вариант выглядит не самым вероятным, но о понижении речи вообще не идет. Так что, рыночная обстановка в обозримом будущем, скорее всего, не претерпит особых изменений.

Источник: ИИС «Металлоснабжение и сбыт»