Российский производитель
защитных покрытий

Операционные результаты 2-й квартал и 6 мес. 2020 г.

Для просмотра поверните устройство в вертикальное положение
22 июля 2020
Отчетность лидеров российского рынка за второй квартал и первое полугодие 2020 г. Основные моменты

ПАО «СЕВЕРСТАЛЬ»


Основные моменты за 2-й кв. 2020 года

Объем производства чугуна сократился на 3% к предыдущему кварталу и составил 2.33 млн. тонн (1 кв. 2020: 2.41 млн. тонн) в связи с краткосрочными ремонтными работами на ДП #1, #4 и #5.

Производство стали снизилось на 2% и составило 2.81 млн. тонн (1 кв. 2020: 2.85 млн. тонн) вследствие сокращения объема производства чугуна.

Консолидированные продажи стальной продукции снизились на 7% к предыдущему кварталу и составили во 2 кв. 2020 2.55 млн. тонн (1 кв. 2020: 2.75 млн. тонн) из-за снижения объемов производства стали и возросшей доли экспортных продаж с более длительным сроком реализации. Также вырос объем складских запасов на конец 2 квартала 2020.

Доля экспортных продаж стальной продукции сохранилась на высоком уровне 44% (1 кв. 2020: 45%) в связи со снижением внутреннего потребления из-за введения карантинных мер в России.

Доля продукции с высокой добавленной стоимостью составила 43% (1 кв. 2020: 42%) что было в том числе обусловлено увеличением объема продаж листа с полимерным покрытием и снижением объема продаж полуфабрикатов и горячекатаного листа.

Объем продаж концентрата коксующегося угля на «Воркутауголь» увеличился во 2 кв. 2020 на 34% к предыдущему кварталу до 1.28 млн. тонн в результате планового роста производства.

Объем продаж железорудных окатышей сократился на 15% к предыдущему кварталу и составил 2.53 млн. тонн (1 кв. 2020: 2.97 млн. тонн). Вследствие снижения ценовой премии на окатыши во 2 кв. 2020, «Карельский окатыш» нарастил продажи железорудного концентрата, что позволило обеспечить более высокий уровень сквозной эффективности внутреннего потребления на ЧерМК.

Объем продаж железорудного концентрата увеличился на 30% к предыдущему кварталу и составил 1.90 млн. тонн (1 кв. 2020: 1.47 млн. тонн), что было обусловлено увеличением производства на «Карельском окатыше» и восстановлением объёмов производства на «Олконе» в 1 кв. 2020.

Основные моменты (группа), 6 мес. 2020

Объем производства чугуна вырос в первом полугодии 2020 г. на 2% относительно 6 мес. 2019 и составил 4.74 млн. тонн (6 мес. 2019: 4.67 млн. тонн) в результате сокращения планового времени краткосрочных ремонтов и повышения энергоэффективности. Производство стали сократилось до 5.66 млн. тонн (6 мес. 2019: 6.10 млн. тонн) на фоне продажи сортового завода Балаково в 2019 г.

Объем продаж железорудного концентрата увеличился на 24% относительно прошлого года и составил 3.37 млн. тонн (6 мес. 2019: 2.73 млн. тонн), главным образом отражая рост объемов производства на Яковлевском руднике и «Карельском Окатыше».

Объем продаж концентрата коксующегося угля на «Воркутауголь» увеличился на 12% относительно аналогичного периода предыдущего года благодаря плановому увеличению объемов добычи угля.

Доля продукции с высокой добавленной стоимостью сократилась в первом полугодии 2020 года на 2 п.п. до 43%, отражая увеличение объема продаж полуфабрикатов и горячекатаного листа.

Средние цены реализации стальной продукции сократились в первом полугодии 2020 года от 9 до 23%, в зависимости от категории продукта, следуя за мировыми трендами.

ПАО «НЛМК»


Основные моменты за 2-й кв. 2020 года

Динамика производства и продаж металлопродукции находилась под влиянием падения спроса на традиционных рынках сбыта в связи с пандемией COVID-19.

Производство стали снизилось на 8% кв/кв (-3% г/г) до 3,9 млн т с уменьшением загрузки сегментов Сортовой прокат РФ и НЛМК США. Загрузка производства в сортовом сегменте начала восстановление к концу квартала и уже в июне составила 89%. Загрузка европейских активов и НЛМК США остается низкой (66% и 50% в июне, соответственно).

Продажи выросли на 2% г/г до 4,4 млн т за счет увеличения продаж слябов и чугуна на экспорт, в аналогичном периоде прошлого года проводились ремонты в доменном и сталеплавильном производствах НЛМК. В сравнении с прошлым кварталом, продажи снизились на 3%.

Продажи на экспортных рынках возросли до 2 млн т (+51% кв/кв; +71% г/г) за счет перенаправления поставок на рынок Азии в связи со снижением спроса на других рынках сбыта в апреле и мае. Экспорт полуфабрикатов и готового проката увеличился на 76% и 22% кв/кв, соответственно (+137% г/г и +17% г/г).

Продажи на «домашних» рынках сократились на 24% кв/кв (-23% г/г) до 2,31 млн т.

Основные моменты (группа), 6 мес. 2020

Производство стали снизилось на 1% г/г до 8,1 млн т.

Продажи составили 8,9 млн т (без изменений г/г).

Продажи на экспортных рынках выросли на 6% г/г до 3,4 млн т на фоне увеличения экспорта полуфабрикатов.

Продажи на домашних рынках упали на 6% г/г до 5,3 млн т, в основном, из-за снижения спроса на рынке США.

ПАО «ММК»


Основные моменты за 2-й кв. 2020 года

Объем выплавки чугуна снизился на 11,3% к уровню прошлого квартала и составил 2 089 тыс. тонн на фоне снижения спроса на сталь и капитального ремонта доменной печи №2, завершившегося в июне. Капитальный ремонт позволит улучшить экологическую эффективность ММК за счет строительства аспирационных установок литейных дворов и подбункерных помещений.

Объем выплавки стали сократился на 22,0% к уровню прошлого квартала и составил 2 358 тыс. тонн в связи с плановой реконструкцией стана 2500 г/п и снижением спроса со стороны основных потребляющих отраслей на фоне развития коронавирусной инфекции.

Продажи товарной продукции по Группе ММК составили 2 223 тыс. тонн, снизившись к уровню прошлого квартала на 19,0%.

Продажи продукции с высокой добавленной стоимостью (продукция HVA) по Группе ММК сократились на 12,0% к уровню прошлого квартала и составили 1 151 тыс. тонн (51,8% в общем объеме продаж). Снижение продаж продукции HVA во 2 квартале обусловлено замедлением деловой активности в России и мире.

Объем производства угольного концентрата ММК-УГОЛЬ снизился на 15,6% к уровню прошлого квартала и составил 687 тыс. тонн в связи со снижением потребности в концентрате у ПАО «ММК» на фоне снижения выплавки стали.

Основные моменты (группа), 6 мес. 2020

Объем выплавки чугуна сократился на 8,3% к уровню 6 месяцев 2019 года до 4 444 тыс. тонн на фоне развития коронавирусной инфекции и более продолжительных запланированных ремонтных работ в доменном производстве по сравнению с прошлым годом.

Объем выплавки стали за 6 месяцев 2020 года снизился на 13,2% до 5 381 тыс. тонн относительно аналогичного периода прошлого года в связи со снижением потребности в стали на фоне плановой реконструкции стана 2500 г/п и снижения спроса.

Продажи товарной продукции по Группе ММК снизились к 6 месяцам прошлого года на 11,9% до 4 968 тыс. тонн.

Продажи продукции HVA сократились на 11,0% по сравнению с уровнем 6 месяцев 2019 года до 2 459 тыс. тонн. Доля такой продукции в общем объеме реализации выросла до 49,5%.

Объем производства угольного концентрата за 6 месяцев 2020 года ММК-УГОЛЬ составил 1 501 тыс. тонн, рост на 18,8% к уровню 6 месяцев прошлого года в связи с окончанием модернизации обогатительной фабрики, проходившей в 2019 году.

Сравнительная характеристика продаж металла с покрытием

Продажи, тыс. тонн 2 кв. 2020 г. 1 кв. 2020 г. изм., % 6 мес. 2020 г. 6 мес. 2019 г. изм., %
ПАО «СЕВЕРСТАЛЬ»
Оцинкованный лист и лист с другим металлическим покрытием 196 219 -11 415 491 -15
Лист с полимерным покрытием 113 98 15 211 243 -13
ПАО «НЛМК»
Оцинкованный прокат 185 216 -14 400 368 9
Прокат с полимерным покрытием 96 97 -1 193 189 2
ПАО «ММК», включая «ЛМЗ»
Оцинкованный прокат 377 443 -14,9 821 898 -8,6
Прокат с полимерным покрытием 157 140 11,8 297 332 -10,7
Источник: официальный сайт компании.

Динамика общих продаж металла с покрытием

Показатели, тыс. тонн 2 кв. 2020 г. 1 кв. 2020 г. изм., % 6 мес. 2020 г. 6 мес. 2019 г. изм., %
Оцинкованный прокат 758 878 -14 1636 1757 -7
Прокат с полимерным покрытием 366 335 9,2 701 764 -8,2

Вам также может быть интересно
У нас все хорошо. Российский и мировой рынок стали: 31 марта — 7 апреля 2024 г.
13.04.2024
У нас все хорошо. Российский и мировой рынок стали: 31 марта — 7 апреля 2024 г.
На прошлой неделе пришли статистические данные за февраль. И данные эти неплохие, даже с учетом лишнего дня в феврале 2024 г., что дает прибавку в 3,4 п.п. по сравнению с прошлым годом.

Рост ВВП, согласно отчету Росстата, достиг 7,7%, что при отбрасывании «фактора 29 февраля» превращается в 4,3%. Это самый низкий уровень с апреля 2023 г., но сам по себе он достаточно высокий. Существенного замедления экономики несмотря на прошлогодний подъем ключевой ставки пока не наблюдается.

Лидирующее положение в экономике продолжает занимать обрабатывающая промышленность. В феврале она показала рост в 13,5% по сравнению с тем же месяцем прошлого года. Даже по 28 дням месяца прибавка превысила 10%. Промышленность в целом дала 8,5% роста, т. е. фактически 5,1%. В строительной отрасли есть торможение — до 5,1% (1,7% по 28 дням месяца) против +3,9% в январе. Но это тоже замедление роста, а не спад.

Из выступления президента на съезде Федерации независимых профсоюзов России и премьер-министра Михаила Мишустина с ежегодным отчетом правительства в Государственной Думе следует, что промышленность и дальше будет играть роль локомотива российской экономики. Будет по-прежнему увеличиваться государственное финансирование инвестиционных проектов. От частных компаний ждут дальнейшего расширения капиталовложений в новые мощности.

При этом рост в российской экономике отражает далеко не только достижения оборонной промышленности. В стране по-прежнему сохраняется и даже усиливается потребность в импортозамещении по широчайшему спектру промышленных товаров, от уникального оборудования до ширпотреба. Удовлетворить их полностью просто не в человеческих силах, но работа идет по многим направлениям. Это тоже дает весомую добавку и к экономическому росту, и к объемам металлопотребления.

Санкции против России ужесточаются по всем фронтам. Нашу страну стараются всеми возможными силами отрезать от мировых рынков. Сейчас главные удары направлены на экспорт энергоносителей (нефть, сжиженный природный газ, уголь) и международные платежи. И это уже реальная экономическая война на полную мощность. Враг стремится разыграть свой главный козырь — контроль над мировым финансовым сектором. С альтернативными международными финансами пока, увы, сложно. Хотя позади уже два с лишним года испытаний, решить эту проблему не удалось.

Тем не менее, пока что имеющиеся проблемы как-то решаются. Российская нефть продолжает идти на внешние рынки и проносить доход государству. Биржевые котировки на сорт «брент» в конце прошлой недели впервые с октября 2023 г. превысили отметку $90 за баррель. Правда, за этим повышением стоят, в основном, политические риски — боязнь возможного обострения ближневосточного конфликта. Регион уже полгода старательно поджигают. И хотя пока что он демонстрирует негорючесть, претензии и неоплаченные счета к Израилю и его покровителям накапливаются, накапливаются...

Текущее состояние российской экономики приводит в некоторое уныние Банк России, который пока не может похвастаться успешным выполнением своей главной задачи — снижения инфляции до 4%. Как отмечается в Резюме обсуждения ключевой ставки, замедления инвестиционной и потребительской активности пока не происходит. Многие компании получили авансы по госконтрактам и сейчас их увлеченно тратят. Сохраняется острый дефицит квалифицированных специалистов, что приводит к продолжающемуся росту заработной платы.

Как уже неоднократно указывалось, в том числе, на этом сайте, «бюджетный импульс», т. е. интенсивное государственное финансирование госзаказа, инвестиционных и инфраструктурных проектов, различные льготные программы способствует экономическому росту, но препятствует снижению инфляции по методу «замораживания» активной экономики.

Согласно оценкам Совета директоров Банка России, для снижения ключевой ставки необходимы: дальнейшее устойчивое замедление текущей инфляции; охлаждение потребительского кредитования и потребительской активности; снижение жесткости рынка труда; отсутствие реализации проинфляционных рисков со стороны бюджета или внешних условий. Однако этого нет сейчас и не должно быть в обозримом будущем. Сейчас не 2015 г., чтобы российская экономика могла позволить себе полноценный спад.

Вообще, есть такое подозрение, что в борьбе с инфляцией надо делать основную ставку не на монетарные, а на административные инструменты. Например, с их помощью уже несколько месяцев держится на относительно стабильном уровне курс рубля. В ближайшее время можно и нужно будет употребить власть, чтобы повышение цен на нефть на мировом рынке не привело к подорожанию бензина и дизтоплива в России. Вероятно, не лишним будет ценовое регулирование и на российском рынке стальной продукции.

Какие-то виды проката подорожают в апреле, какие-то — в мае, но поднимается в цене все. И это создает проблему. Отдельно — для независимых металлотрейдеров, потому что многие категории стальной продукции стоят дороже на первичном рынке, чем на споте, где как раз очень даже ощущаются высокие процентные ставки. А вообще — для экономики в целом, потому что увеличение стоимости металла тянет за собой рост цен и в смежных секторах.

Впрочем, согласно концепции Минпромторга, ведущую роль в ценообразовании играют затраты на сырье. С металлоломом ситуация достаточно сложная. По данным РА «Русмет», в первом квартале 2024 г. железнодорожные поставки этого сырья на предприятия сократились на 20% по сравнению с тем же периодом прошлого года и примерно в полтора раза — с первыми тремя месяцами 2022 г. Однако вопрос: сколько здесь реального ухудшения снабжения металлоломом российских метзаводов, а сколько — массового перехода с железнодорожной доставки на автотранспорт?

На протяжении последних восьми месяцев цены на лом в России колеблются в достаточно узком интервале — от 28-29 тыс. до 31-32 тыс. руб. за т без НДС с доставкой на завод. И пока нет признаков того, что они готовятся в ближайшем будущем его покинуть.

Подорожанию металлолома мог бы способствовать рост производства стали. Но его пока нет. По данным Росстата, за январь-февраль в стране было выплавлено немногим более 12,0 млн. т углеродистой и легированной стали, что примерно на 0,6% меньше, чем в тот же период годичной давности. С учетом лишнего дня в текущем году спад составил немногим более 2%.

Большого оживления видимого спроса на стальную продукцию на отечественном рынке пока не происходит. Есть активизация в таких секторах как арматура, сварные трубы, прокат с покрытиями (хотя и не везде, а там, где этому способствуют погодные условия), но в секторе горячекатаного проката сохраняется избыток предложения.

Трудно сказать, насколько это сейчас важно для российских меткомбинатов и в какой степени они отделили внутренние цены от мировых, но падение цен на ЖРС и коксующийся уголь за рубежом становится долгосрочной тенденцией. Власти Китая приняли решение об ограничении производства стали и проката в текущем году, так как рынок с этой задачей не справляется.

В 2023 г. официально от металлургов ничего не требовали. Просто намекнули, что превышать прошлогодние объемы выпуска не стоит. Предприятия, выполнив годовой план, действительно прикрутили гайки, так что в декабре 2023 г. среднесуточная выплавка стали в Китае упала до самого низкого значения за семь лет. А по итогам января-февраля этот показатель взял, и скакнул сразу на 28,7%.

Как недавно сообщала китайская консалтинговая компания Mysteel, в конце марта некоторые производители горячекатаного проката увеличили выпуск. Сырье подешевело за последние три месяца в большей степени, чем готовая стальная продукция, так что металлурги в итоге даже оказались в выигрыше несмотря на то, что внутренние и экспортные котировки оказались в непосредственной близости от минимальных отметок с лета 2020 г.

Теперь, когда Национальная комиссия по развитию и реформам КНР (NDRC) возьмет этот вопрос под свой контроль, можно ожидать сокращения выплавки стали в ближайшие месяцы. Скорее всего, это приведет к понижению котировок на ЖРС в Китае до $90-100 за т CFR из-за сужения спроса, если не менее. Уменьшится себестоимость и у других производителей стали, которые считают сырьевые затраты по международным индексам. Может, этот фактор будет способствовать стабилизации и на российском рынке стали?

Хотя по-настоящему серьезных проблем там пока нет. Спрос налицо, обоснованные надежды на его расширение — тоже. Текущих проблем, безусловно, хватает, но в целом у нас все хорошо. Вот пусть бы так и было!

Источник: ИИС «Металлоснабжение и сбыт»
Остается только ждать и гадать. Российский и мировой рынок листового проката: 2-9 апреля
13.04.2024
Остается только ждать и гадать. Российский и мировой рынок листового проката: 2-9 апреля
На российском рынке листового проката все идет в прежнем ритме. Хотя есть новый фактор — заявление металлургических компаний о небольшом повышении цен на горячекатаный лист и рулон в апреле-мае. Однако на споте стоимость листа растет очень медленно, и даже не во всех регионах вследствие относительного избытка предложения и недостаточного спроса. Каких-либо изменений к лучшему здесь с обозримого будущего не ожидается. Вопрос о масштабах сезонного подъема остается открытым.

prokat.jpg

Зато спрос на сварные трубы определенно оживился. Благодаря этому поставщики приступили к подъему котировок в прайс-листах по всему сортаменту. Продолжается подорожание холоднокатаного проката и листовой стали с покрытиями, чему способствует достаточно активный спрос. В этих секторах в ближайшем будущем все также останется по-прежнему.

Мировой рынок листового проката получил передышку благодаря повышению котировок в Китае. Правда, этот рост больше базируется на благоприятных ожиданиях, чем на реальных изменениях, поэтому считать его устойчивой тенденцией пока рано. Европейский рынок практически заблокирован для импорта, так как основные поставщики исчерпали свободные квоты не только на второй, но и на третий квартал. Между тем, цены на листовой прокат в ЕС продолжают снижаться.

Источник: ИИС «Металлоснабжение и сбыт»
Борьба с призраками. Российский и мировой рынок стали: 24-31 марта 2024 г.
12.04.2024
Борьба с призраками. Российский и мировой рынок стали: 24-31 марта 2024 г.
На прошлой неделе для российского рынка стальной продукции весьма важными стали вопросы регулирования. Так, Федеральная антимонопольная служба (ФАС) направила на согласование в Минпромторг и Минстрой приказ о введении обязательного минимума биржевых торгов арматурой — не менее 5% от месячного производства крупнейших производителей.

Затем ассоциация «Русская сталь» своим письмом на имя главы Минэкономразвития Максима Решетникова привлекла внимание к законопроекту о внесении поправок к закон №35-ФЗ «О защите конкуренции». В соответствии с ними предлагается «отвязать» внутренние цены в России от индикаторов мировых товарных рынков.

Попробуем рассмотреть обе эти проблемы. Идея перенесения торговли конкретно арматурой на биржу не нова. Она неоднократно выдвигалась на протяжении последних нескольких лет и потом благополучно затухала. Сейчас под нее «подкладывается» административное принуждение.

Группа «Промсорт» в соответствии с условиями утверждения ее сделки по приобретению активов НЛМК обязана продавать 5% производимой арматуры на Санкт-Петербургской Международной Товарно-сырьевой Биржи (СпбМТСБ). Данные торги стартовали в начале ноября, но пока не стали знаковым явлением на российском рынке арматуры. Не слишком изменило ситуацию и подключение к ним второго поставщика.

ФАС, очевидно, ставит своей целью расширение оборотов биржевой торговли за счет «обязательности», декларируя в качестве конечных целей получение «рыночного» биржевого ценового индикатора и противодействие злоупотреблению доминирующим положением со стороны крупнейших производителей.

Что на это можно сказать? Прежде всего, биржевая торговля стальной продукцией — сама по себе идея мертворожденная. Слишком широкий сортамент, сложно найти какой-либо эталон, на который могли бы ориентироваться все участники рынка. Да, в отношении арматуры решить эту задачу проще, чем в других секторах, но все равно есть сложности.

На ряде мировых товарных бирж действительно идет торговля стальной продукцией, но ее обороты сравнительно невелики, а итоги торгов не считаются значимым рыночным индикатором. Исключением здесь является Шанхайская фьючерсная биржа, где ежедневные обороты по наиболее торгуемым контрактам по арматуре измеряются миллионами лотов по 10 тонн. Но львиную долю сделок осуществляют инвестиционные компании и прочие спекулянты.

Биржа СпбМТСБ по своей направленности совсем другая. Здесь в торгах должны принимать участие конкретные продавцы и покупатели реального товара. По такому же принципу работает и Белорусская универсальная товарная биржа (БУТБ), на которой и арматура, в частности, может продаваться. Однако в Белоруссии такая система складывалась годами, там есть только один крупный производитель арматуры в лице БМЗ, не считая импорта. Но российский рынок устроен совсем по-другому.

Можно заставить металлургов отправлять часть своей продукции на биржу. Кстати, а почему именно только 5%? Кому-то хочется на практике испытать, что значит быть немного беременной? Но основной вопрос другой: кто будет эту арматуру покупать? У металлургов есть весьма обширный и, увы, по большей части, печальный опыт попыток выстраивания долгосрочных отношения со строительными компаниями. Пробовали даже хеджировать цены. Однако оказывалось, что никто не готов покупать арматуру по такому контракту, когда она в данный конкретный момент стоит дороже текущего рынка.

Проблема номер два. ФАС, полагая, что именно биржевая цена станет «справедливой рыночной», борется с призраками. А именно с конкретным событием осени прошлого года, когда арматура действительно внезапно и необоснованно подорожала. Пожалуй, здесь можно с достаточно высокой уверенностью заявить, что повторения этого инцидента не будет. Минпромторг все очень популярно разъяснил, большое спасибо.

Нынешний механизм ценообразования на российском рынке арматуры категорически не предусматривает наличия биржи. В данный момент, и вообще большую часть времени заводские цены на арматуру находятся выше уровня спотового рынка. Независимые металлотрейдеры зарабатывают на волатильности, прежде всего, в период сезонного подъема в строительной отрасли, когда котировки на споте поднимаются и в моменте становятся выше заводских. В прошлом году, если не считать осеннего скачка, такая ситуация наблюдалась в июне и июле.

Для потребителей покупки на бирже будут иметь смысл только в том случае, если арматуру там удастся покупать, как минимум, не дороже с учетом логистики, чем, скажем, у торговых домов металлургических компаний. Но производителям тогда какой с того интерес? Даже если таким сомнительным образом стимулировать продажи, 5% от объемов производства — это ни о чем.

Нет, ФАС, конечно, может власть употребить и добиться, чтобы пара сотен тысяч тонн арматуры в год прошла через биржу, позволив ей немного заработать на сборах. Но пока у нас не появится обширный пул покупателей, а механизм биржевой торговли не станет реально выгодным всем его участникам, это так и будет никому не нужная обязаловка.

Теперь по поводу отвязки российских цен от мировых, по поводу чего обеспокоилась ассоциация «Русская сталь». Во-первых, чтобы осуществить импортозамещение международных ценовых индикаторов, их надо чем-нибудь заместить. Нельзя сказать, что на российском рынке стальной продукции эта работа совсем не ведется. Да и потребность в отечественных ценовых индикаторах реально есть. Но этому сильно мешает информационная закрытость российских металлургических компаний.

Однако, во-вторых, «Русскую сталь» больше беспокоит ситуация, когда российские цены, законодательно отвязанные от мировых, окажутся существенно ниже экспортных. Тогда, якобы, появятся «посредники, которые будут использовать возможность купить в России дешево с целью последующего экспорта», и на отечественном рынке возникнет дефицит металла.

Можно сказать, что и в данном случае обе стороны борются с призраками, вернее, сильно запоздало реагируют на конкретные события конца 2020-го и первой половины 2021 г. Тогда российские металлургические компании действительно мужественно не допустили дефицита металла в России, подняв цены на все виды стальной продукции в 2-2,5 раза в полном соответствии с тенденциями мирового рынка. Там же все подорожало по той причине, что западные страны в рамках борьбы с ковидом влили в свою экономику два десятка триллионов долларов, часть из которых просочилась на реальный товарный рынок.

К слову сказать, тогдашний «импорт инфляции» при стабильном курсе рубля нанес много бед российской экономике. Именно тогда стартовали те инфляционные процессы, которые сейчас гасит Банк России, проводя сложную внутриполостную операцию с помощью одного лишь топора и без наркоза. И в связи с этим очень даже понятно и очень даже приветствуется стремление авторов законопроекта избежать повторения подобной сомнительной радости.

А нужно ли опасаться повторения? Хороший вопрос. Вообще-то, вероятность подобного головотяпства есть. Ежели действия руководства России и дружественных стран поспособствуют созданию альтернативной международной финансовой системы без доллара и санкций, то самому доллару от этого уж точно поплохеет. Добавим к этому стремительное нарастание американского госдолга, который прибавляет со скоростью в триллион долларов каждые три месяца, и увеличение стоимости его обслуживания до 15% от общего объема расходов бюджета.

Вы точно уверены, что в какой-то момент это не приведет к росту долларовой инфляции и скачку долларовых цен на ресурсы? Я бы на это гарантии точно не дал. При этом, в 2020-2021 гг. рубль не стал укрепляться по отношению к доллару, хотя по-хорошему это следовало бы сделать. Да, объективные причины для этого были, они могут сохранить актуальность и в следующий раз. А если российские цены удастся удержать на месте и не пустить их в безудержный рост вслед за мировыми, для экономики это будет не так уж и плохо. Во всяком случае, сейчас, когда Россия существенно продвинулась по пути импортозамещения.

Но долларовая гиперинфляция (по отношению к ресурсам) — это все-таки достаточно гипотетический вариант. А в нынешней обстановке «Русская сталь» немного так шарахается от призраков. На мировом рынке сейчас спад, экспортные котировки на стальную продукцию российских компаний заметно ниже внутренних. И продать что-либо в дальнее зарубежье сейчас весьма непросто в принципе из-за санкций и неблагоприятной рыночной конъюнктуры. А что касается гипотетических «посредников-перепродавцов», так на то и Федеральная таможенная служба на страже со всем прочим созвездием трехбуквенных аббревиатур.

Собственно по рынку в данный момент сказать что-либо кардинально новое сложно. В России металлургические компании поднимают цены. На все, хотя и с разной скоростью. На спотовом рынке продолжают ждать начала сезона и надеются на то, что в апреле и там получится подтянуть вверх котировки на прокат, трубы и все остальное. Только не надо думать, что Банк России, борющийся с инфляцией, не жалея живота своего (и животов чужих), скажет им за это «Спасибо».

На мировом рынке снова пошли вниз цены в Китае. До участников местного рынка, похоже, дошло, что в ближайшие месяцы со стройкой будет плохо, а предложение стальной продукции сильно избыточно. Металлургические компании будут сокращать производство, но сложно сказать, сколько времени им понадобится для балансирования рынка.

Зато железная руда, скорее всего, подешевеет. Интересно, это хорошо или все-таки не очень для российских вертикально интегрированных компаний, использующих международные индикаторы?!.

Но вообще, пора уже спросу в России подниматься. А то, когда нет возможности заниматься реальными делами, так и лезут без спроса всякие призраки.

Источник: ИИС «Металлоснабжение и сбыт»