Не порвалось бы там, где тонко! Российский и мировой рынок стали: 12-19 сентября 2021 г.

Лето 2021 г. выдалось жарким, но и прохладный сентябрь выдал такой угар, что мало никому не показалось! События снова ускоряются, и впереди нас могут ждать весьма серьезные перемены в окружающем мире.

В российской металлургической отрасли темой номер один на прошедшей неделе стала налоговая нагрузка на сталелитейные предприятия в 2022 г. По данным «Интерфакса», Минфин, впечатленный рекордными прибылями металлургов в текущем году, желает дополнительно собрать с них порядка 250 млрд. руб. Вопрос только в том, как это провернуть.

Первый вариант представляет собой повышение налога на добычу полезных ископаемых (НДПИ). Эта мера затронет только ведущие вертикально интегрированные металлургические компании, доминирующие в секторах листового и фасонного проката. Мини-заводов, которых больше всего задели действующие в настоящее время экспортные пошлины, она не коснется.

По данным «Коммерсанта», НДПИ в будущем году хотят повысить в три раза. При этом рассматривается вариант с гибко изменяемой ставкой, привязанной к ценам на ресурсы и объемам добычи, а не к себестоимости сырья, как сейчас.

Однако проблема здесь заключается в том, что котировки на железную руду и коксующийся уголь (а именно эти ресурсы российских металлургических групп, в основном, облагаются НДПИ) в последнее время относительно слабо коррелируют со стальной продукцией. Кроме того, такая мера будет вести к повышению себестоимости выплавки стали в России, т. е. к лишению отечественных металлургов важного конкурентного преимущества.

Впрочем, «Интерфакс» сообщает и об альтернативном варианте, который заключается в повышении для металлургов налога на прибыль и взимании его по гибкой ставке, более высокой для той части прибыли, которая направляется на выплату дивидендов, и менее высокой для средств, идущих на инвестиции.

Подход, без сомнения, интересный и по-своему справедливый. Но его недостаток заключается в новизне данного предложения. Так у нас никогда не делали, поэтому Минфин опасается непредсказуемости поступлений сборов от подобным образом модифицированного налога. Однако такие вещи все равно надо проверять на практике, а при выработке оптимального механизма его вполне можно применять не только к вертикально интегрированным металлургическим компаниям, но и к иным отраслям.

Правда, ирония заключается в том, что тема обложения сверхдоходов меткомбинатов развивается именно в то время, когда эти сверхдоходы постепенно уходят в прошлое. Цены на листовой прокат падают как в России, так и на зарубежных рынках.

Внутренние цены на горячекатаную продукцию, в частности, уже вернулись на уровень марта текущего года. На повестке дня, например, ставится снижение цен на рулон для производства труб до 60 тыс. руб. за т CPT (по крайней мере, до этой отметки упали некоторые виды трубной продукции у определенных поставщиков), горячекатаный лист уже предлагается комбинатами по 70 тыс. руб. за т, а оцинкованная сталь кое-где уже продается менее чем по 100 тыс. руб. за т. И все это — еще не дно.

На мировом рынке ситуация тоже аховая. Цены там падают не так быстро, но спрос повсеместно низкий. Многие потребители сделали крупные закупки в августе и пока не нуждаются в совершении новых сделок. В Азии продолжается борьба с коронавирусом посредством локдаунов, пошла на спад Западная Европа. Да и вообще, в мировой экономике нарастают неблагоприятные тенденции, причем сразу по нескольким фронтам. Так, все более странные вещи происходят в Китае. По оценкам Platts, есть все шансы на то, что производство стали в стране в 2021 г. таки окажется ниже, чем в прошлом году! Для этого достаточно, чтобы в последние четыре месяца среднесуточная выплавка стали находилась на августовском уровне 2,685 млн. т. А ведь, по крайней мере, в сентябре она будет ниже. Растет количество провинций, в которых власти вводят дополнительные ограничения на выплавку стали.

Причин подобного спада несколько. В правительстве КНР снова говорят о необходимости снижения выбросов углекислого газа металлургической промышленностью. Кроме того, в последнее время на первый план выходит проблема энергосбережения.

Вообще, в китайской энергетике в этом году происходит что-то невообразимое. Холодная зима, жаркое лето и промышленный подъем на прошлогодних заказах привели к резкому увеличению спроса на электроэнергию. А вот с генерацией возникли проблемы. ГЭС, которые обычно дают более 20% выработки, в этом году снизили обороты из-за неблагоприятных погодных условий. Альтернативная энергетика, в которую Китай вкладывает больше всех в мире, нарастила выработку, но покрыла менее 20% от дополнительного спроса. Доля газа в китайской энергетике незначительная, атомные реакторы и так загружены полностью, так что основная нагрузка легла на угольные ТЭС.

И вот тут сказалось то, что в последние годы китайцы сокращали долю угольных энергоблоков в генерации, а в текущем году национальная угледобывающая отрасль стагнирует, прежде всего, из-за закрытия многих предприятий, не вписавшихся в ужесточившиеся стандарты безопасности труда. При этом на угольных шахтах все не прекращаются аварии и несчастные случаи, словно китайских угольщиков накрыла некая черная полоса.

В результате уголь в Китае в жутком дефиците. Качественные энергетические марки превысили отметку 1000 юаней ($155) за т, тогда как в правительстве считают оптимальным интервалом 500-570 юаней за т. Коксующийся уголь как раз на прошлой неделе достиг умопомрачительных $560 за т CFR. К слову сказать, китайские компании импортируют чугун менее, чем по $540 за т CFR.

Из-за проблем с энергоснабжением останавливаются ферросплавные заводы, сокращается производство алюминия и кремния. Цены на эти материалы в Китае достигли наивысшего уровня с 2008 г., а то и вовсе ставят абсолютные рекорды. И что с этим делать, пока не понятно.

Китайская экономика между тем идет на спад и снижает потребности в стальной продукции. По данным Национального бюро статистики КНР, а августе продажи автомобилей упали на 17,8% по сравнению с тем же месяцем прошлого года, а экскаваторов и прочей тяжелой техники — на 13,7%. Согласно расчетам Platts, в том же августе инвестиции в инфраструктурные проекты были на 7% меньше по сравнению с августом 2020 г., а совокупная площадь новых строек в жилищном секторе снизилась на 17%.

В мировых СМИ обсуждаются проблемы компании Evergrande, второго по величине девелопера в Китае. Комментаторы опасаются, что 20 сентября она не сможет выплатить проценты по очередным займам, а всего долгов у нее набирается на ТРИСТА МИЛЛИАРДОВ долларов. Компания очень активно строилась в расчете на непрекращающийся бум на рынке недвижимости. Одних только «дольщиков» у нее насчитывается порядка 1,2 млн. Даже намеки на дефолт такого гиганта — это очень неприятно, и хотя Evergrande отрицает подобные слухи, ситуация для нее сложилась критическая.

Правда, два хороших дела для мирового рынка Китай сейчас делает. Во-первых, китайские металлургические компании сильно сократили экспортные поставки, так что российским металлургам не надо конкурировать хотя бы с ними. Во-вторых, снижение выплавки стали в Китае обвалило цены на железную руду. Она уже подешевела до немногим более $100 за т CFR, а вскоре, очевидно, окажется ниже этого рубежа. А значит, у металлургов уменьшается себестоимость.

Однако проблемы мировой экономики не ограничиваются Китаем. Очень сильно лихорадит энергетический рынок. В Европе природный газ на прошлой неделе доходил до более $950 за 1 тыс. куб. м, и хотя в дальнейшем он снизился до около $800, проблема от этого не стала менее острой. Слабые ветры стали в последние месяцы настоящей катастрофой для европейской энергетики, вынужденной срочно расконсервировать закрытые угольные энергоблоки и больше сжигать жутко дорогого природного газа. Так как энергетикам еще приходится платить порядка 60 евро за тонну выбросов углекислого газа, тарифы на электроэнергию взлетели до рекордных отметок.

В Великобритании уже остановились два завода по производству минеральных удобрений. Занимающаяся тем же бизнесом норвежская компания Yara из-за рекордно высоких цен на газ объявила о сокращении выпуска аммиака на своих европейских заводах примерно на 40%. По оценкам Platts, резкое подорожание электроэнергии, угля и газа уже начинает оказывать негативное воздействие на деятельность европейских и турецких мини-заводов.

Продолжается кризис в сфере контейнерных и вообще морских перевозок. По данным компании Drewry Shipping, тарифы на фрахт контейнеровозов сейчас в 8,3 раза превышают средний уровень за последние 5 лет для этого времени года, а на фрахт сухогрузов-балкеров класса Capesize — в 2,5-3 раза. Кстати, благодаря этому в России возникло новое направление для импортозамещения. Если раньше очень многие товары было выгодно ввозить контейнерами из Китая, то теперь куда более привлекательными стали российские аналоги.

Еще одна проблема, о которой во всеуслышание говорят во всем мире, - это нарастающий дефицит рабочей силы в реальном секторе экономики. Не хватает докеров, водителей грузовиков, медсестер, рабочих на заводах, строителей... Это актуально и для нас — те пресловутые 200 тыс. мигрантов, которых недостает на стройках Москвы, не с потолка взялись.

Представляется, что данная проблема имеет системный характер и может решаться только системным путем. Ее корни заключаются в том, что подобные рабочие места, считающиеся (и являющиеся!) низкооплачиваемыми с зарплатами в 20-30 тыс. руб., окончательно потеряли всякое подобие привлекательности. В нормальных условиях нормальный человек, которому надо жить и кормить семью, на них не пойдет.

И потому, раз нынешний кризис показал, что без реального сектора экономики жить нельзя, а он нуждается в профессионалах даже на низовых уровнях, надо кардинально менять условия и приоритеты. Следует возвращаться к практике 60-70 гг., кстати, и у нас, и в западных странах, когда рабочий на заводе или в сервисном металлоцентре на свою зарплату и премию мог спокойно позволить себе машину, жилье, летний отдых, образование для детей и качественную медицину. Причем не только сегодня, но и завтра, и послезавтра, и до самой пенсии. Лишь при таком условии, а также при наличии развитой системы обучения рабочие профессии снова станут востребованными на рынке труда, а за станками займут места профессионалы, готовые десятилетиями совершенствовать свои навыки.

Конечно, такие проблемы быстро не решаются, но мир, похоже, находится накануне неких радикальных перемен, когда ускоряются все процессы. Причем сейчас ситуация выглядит так, что вокруг нас появилось множество «тонких мест», которые могут прорваться неожиданным кризисом.

Источник: ИИС «Металлоснабжение и сбыт»