Скованные одной цепью. Российский и мировой рынок стали: 9-16 мая 2021 г.

Прошедшая неделя выдалась непростой и неоднозначной. На мировом рынке стали она началась со взрывного роста цен на сортовой прокат, металлолом и железную руду, основным источником которого стал Китай. Однако в конце недели резко подскочившие котировки пошли там на снижение.

В российской экономике главным событием недели стало выступление премьер-министра в Государственной Думе. Оно было очень обширным, там много было сказано о борьбе с коронавирусом, о социальных аспектах, о промышленном развитии и широкомасштабных инвестиционных планах правительства, но немало внимания в нем было уделено и ценовой проблеме. Пусть применительно, в основном, к продовольствию и бензину, но поднятые вопросы имеют прямое отношение и к стальной продукции.

Отметим, что рост цен на стальной прокат, другие металлы и ресурсы становится все более острой проблемой для мировой экономики. Некоторые эксперты, представляющие, в частности, такие структуры как Банк Англии и ФРС США, заявляют, что причин для серьезного беспокойства пока нет. Мол, инфляционные процессы имеют временный характер и не продлятся долго, а западные страны по мере одоления коронавируса перейдут в фазу бурного экономического роста. Тем не менее, инфляция в Китае в апреле достигла наивысшего показателя за последние три с половиной года, а в США — максимальной отметки за 12 лет. Увеличение стоимости сырья проходит все дальше по производственной цепочке и начинает двигать вверх цены на конечные изделия. А на рынке недвижимости этот процесс наблюдается еще с прошлого года.

Специалисты опасаются, что повышение инфляции заставит власти западных стран поднять базовые процентные ставки, что смертельно опасно для закредитованных до предела и убыточных корпораций, которых в западных странах (особенно, в США) очень много. Однако и продолжение денежной накачки экономик при нулевой процентной ставке не ведет ни к чему хорошему. Ускорение инфляции будет сужать спрос, что так же приведет к кризису, только по другому сценарию.

Пока что финансовая политика западных стран остается прежней, а значит, котировки на листовой прокат продолжают расти. ArcelorMittal подняла базовые цены на горячекатаный прокат в Европе уже до 1100 евро за т EXW, а в США данная продукция может продаваться дороже $1700 за т EXW при сроке доставки от 16 недель. В России установлены новые ориентиры на июнь — 104 тыс. руб. за т CPT для горячекатаного проката, 120 тыс. руб. за т для холоднокатаного и 150 тыс. руб. за т для оцинкованной стали.

Как отмечал в своем выступлении наш премьер, «низкие процентные ставки и необеспеченные товарами деньги на рынке разогнали инфляцию в мире». И выравнивание внутренних цен по экспортному паритету вызывает заметное неудовольствие российского правительства. Равно как и выведение сверхприбылей за рубеж, в чем, в частности, были замечены и отечественные металлурги.

Возможно, новое повышение цен на прокат до совершенно неудобоваримых уже значений подтолкнет власти к более решительным шагам по отношению к производителям стали, чем январское повышение экспортной пошлины на металлолом. Правда, остается вопрос о степени эффективности таких мер.

Правительство КНР в конце апреля, вроде бы, и правильно все делало, отменяя возврат НДС при экспорте большинства категорий стальной продукции. Однако это заявление стало причиной рекордного скачка цен на нее. К 12 мая котировки на арматуру на Шанхайской фьючерсной бирже подскочили на $100 за т по сравнению с 30 апреля, а на горячекатаный прокат — более чем на $130 за т. Экспортные цены на арматуру и катанку китайского производства превысили $1000 за т FOB, за считанные дни увеличившись на $150 за т, а предложения на поставку товарной заготовки в Китай достигли более $800 за т CFR по сравнению с $670-690 за т в конце апреля. Стоимость железной руды, поставляемой в Китай из Австралии, рывком вышла на отметку $237 за т CFR, более чем на 20% превысив прежний абсолютный рекорд 2011 г.

Правда, в конце недели котировки на китайских биржах пошли вниз, убрав около половины майского прироста. Однако это в значительной степени произошло благодаря изменению правил биржевых торгов, что позволило погасить спекулятивный ажиотаж. Правительство КНР заявило, что примет меры против подорожания, но без конкретики. Это также помогло утихомирить страсти, но не решает главную проблему: как прекратить подъем цен в отдельно взятой стране в условиях ускорения инфляции на мировом рынке?

Небольшое исследование китайской консалтинговой компании Mysteel показало, что реальных инструментов у правительства КНР почти что и нет. Экспорт оно уже попыталось уменьшить — результат с точки зрения ценовой ситуации негативный. Расширение производства стали с целью создания избытка предложения ведет к еще более сильному подорожанию сырья и противоречит базовой политике, направленной на сокращение эмиссии углекислого газа, что, наоборот, требует снижения выплавки. Впрочем, китайские меткомбинаты и так увеличивают средний уровень загрузки с начала апреля.

Дешевая распродажа из госрезерва панацеей тоже не является. В этом году власти уже объявили, что рассматривают вопрос о выбросе на рынок 500 тыс. т алюминия из стратегических запасов. Котировки на этот металл немного дрогнули, а затем снова пошли вверх, достигнув 10-летнего максимума. Увы, но 500 тыс. т — это всего лишь около 1,5% от годового оборота китайского рынка алюминия. А в отношении стального проката ничего нельзя противопоставить известному принципу: чтобы продать что-нибудь ненужное, надо сначала купить это самое ненужное. И вообще, хранить на складах госрезерва арматуру или листовой прокат, подверженные ржавлению, это, возможно, не самая лучшая идея.

В Китае даже обсуждается возможность сужения внутреннего спроса, например, за счет остановки ряда инфраструктурных проектов и отмены других. Но это означает — своими силами гробить национальный экономический рост. К тому же, повышение цен определяется, главным образом, внешними факторами. Даже Китай не может повлиять на Штаты или ЕС, чтобы те прекратили финансово поддерживать бизнес и население либо подняли процентные ставки. Во Вьетнаме, где проблема роста цен на металл тоже вышла на уровень правительства, признают, что особых рычагов влияния на ситуацию не имеют. Там сейчас предлагается принять меры по сокращению внешних продаж стальной продукции, например, посредством введения экспортных пошлин. То же самое заявляют и индийские специалисты, указывая, что их ставка должна составлять порядка 20-25%.

Впрочем, пока что ни одна страна в мире не прибегла к такому приему, поэтому рассуждать об эффективности подобных мер можно только умозрительно. У нас повышение экспортной пошлины на металлолом на 30 евро за т особого результата не дало. Да, лом сейчас стоит в России дешевле, чем на внешних рынках, но его удешевление, начавшееся только в апреле (через два месяца после введения в силу новых правил), к настоящему времени приостановилось. Может, с прокатом просто надо действовать решительнее. С другой стороны, на экспорт уходит более трети стали, выплавляемой в России, поэтому полностью его закрыть тоже нельзя.

Правда, следует отметить, что события последних месяцев словно подталкивают России к тому, чтобы вообще до минимума сократить экономические связи с западными странами. Так, премьер-министр упоминал в своем выступлении о таком вопросе как борьба с изменением климата и ее последствия.

Прежде всего, следует отметить, что таковая борьба, скорее всего, является полным фейком. Просто по логике: абсолютно вся нынешняя пропаганда западных стран лжива, лицемерна и двулична. Поэтому было бы крайне маловероятно, если бы в этих завалах фальсификаций нашлось одно-единственное истинное направление, продиктованное реальной заботой о нуждах всего человечества. Как говорится, почему вдруг борьба с климатическими изменениями должна принципиально отличаться от всяких BLM, борьбы за права сексуальных меньшинств, «европейского выбора» и прочих фантомов?!

Здесь можно проследить несколько целей. Так, безуглеродный переход маскирует резкое снижение уровня потребления и жизни населения в целом из-за удорожания и меньшей доступности энергии, заслоняет в массовом сознании реальные общественные проблемы, обеспечивает перекачку триллионных сумм в нужные карманы за счет государственного субсидирования, льгот и повышенных цен, блокирует экономический рост в развивающихся странах, отрезая их от дешевой и доступной энергии. Кроме того, использование исключительно солнечной и ветряной энергии позволяет избавится от зависимости от импорта традиционных энергоносителей — угля, нефти и газа.

Для России это означает искусственное урезание спроса на ее главные экспортные товары — нефть и газ, обложение российской продукции углеродными тарифами, навязывание ей климатической повестки, что приводит только к излишним затратам без создания какой-либо ценности для потребителей.

Правительство РФ сейчас пытается встроиться в эту систему на своих условиях. Правительство внесло в Государственную Думу законопроект «Об ограничении выбросов парниковых газов», заявляется о необходимости создания собственной системы учета их выбросов и поглощения, о перспективах новой отрасли по производству водорода и др. Однако представляется, что в долгосрочной перспективе это бесполезно. Если даже Китай вопреки интересам собственной промышленности начал бороться с выбросами углекислого газа, никто не позволит нам остаться в стороне. В эти игры можно только не играть, категорически, бесповоротно и принимая на себя все последствия.

Экономическая автаркия — это, безусловно, плохо, КНДР не даст соврать. Слишком большая часть российской экономики работает на экспорт, в слишком большом количестве важных областей мы критично зависим от импорта. Но и продолжать связывать себя цепью со все больше идущей в разнос западной финансовой системой — тоже не лучший выход. И с течением времени он становится все более худшим. Между прочим, это начинают понимать и в других странах. Так что, может, нас и так ждет развал глобальной экономики на зоны?! А если процесс нельзя остановить, может, есть смысл его возглавить?!

Источник: ИИС «Металлоснабжение и сбыт»