Российский производитель
защитных покрытий

Новая ирреальность. Российский и мировой рынок стали: 22-29 мая 2020 г.

Для просмотра поверните устройство в вертикальное положение
3 июня 2020
Вот позади уже второй месяц, который мы прожили в условиях эпидемии коронавируса. Ограничения, с одной стороны, постепенно ослабевают, но, с другой, ходить в масках и перчатках, похоже, придется еще не один месяц, а в экономике все более очевидно проявляется долгосрочный спад, из которого выбираться придется долго и сложно.

bswan.jpg

По данным Министерства экономического развития, в апреле российский ВВП снизился на 12,0% по сравнению с тем же месяцем прошлого года. Объем строительных работ, правда, как ни странно, уменьшился только на 2,3% (впрочем, посмотрим, что покажет май, когда строительство временных и чрезвычайных госпиталей, в основном, завершилось), но платные услуги, предоставляемые населению, упали на 37,2%. Среди отраслей промышленности обращает на себя внимание более чем 34%-ное падение в машиностроении.

Вообще, нынешняя ситуация напоминает первую половину 2015 г., но в усиленном варианте. Как тогда, так и сейчас резко сократился платежеспособный спрос буквально на все – «Мы не можем себе этого позволить». Обвалилось автомобилестроение, глубокий спад произошел в секторе жилищного строительства, а с новыми торгово-развлекательными и офисными центрами стало совсем худо.

Как и тогда, из этой ямы мы будем выползать медленно и печально. Эпидемия продолжается, количество выявленных вирусоносителей продолжает увеличиваться более чем по 8 тыс. в день, а смертей к концу прошедшей неделе прибавилось. Значит, ограничения будут сохраняться, как минимум, пока не появится массовая, доступная и надежная вакцина.

А это плохо не только потому, что совсем не скоро заработает на полную мощность экономика. Карантин, падение доходов компаний и населения, рост безработицы, неуверенность в будущем – все эти факторы меняют поведение потребителей. Есть риск свалиться в классическую «ловушку бедности»: производство не функционирует, потому что нет спроса, а спросу взяться неоткуда, потому что ничего не работает – негде и не на чем зарабатывать, нечего тратить.

Последние тенденции и события за рубежом показывают, что экономический кризис приобретает долгосрочные масштабы и глобальный характер. Индикатором растущих неурядиц становится при этом самая, пожалуй, глобализированная отрасль – автомобилестроение. Понятно, что автозаводы просто остановились во время жесткого карантина, так как перебои в работе транспорта оборвали многие международные производственные цепочки. Но и в обозримом будущем автомобильные компании не ждут особого улучшения.

В частности, такие страны как Таиланд, Индонезия, Индия прогнозируют на 2020 г. в целом падение автопроизводства на 40-50% по сравнению с прошлым годом – не самым, кстати, благополучным. Японская корпорация Nissan планирует выпускать на 20% автомобилей меньше до конца 2023/2024 финансового года (апрель/март). Она закрывает автозаводы в Индонезии и Испании и прекращает производство машин марки Datsun в России.

В прогнозах западных компаний, банков и промышленных ассоциаций в последнее время все чаще появляются ссылки на конец 2020-го, 2021, даже 2022 г. как срок возможного восстановления рынка и возвращения к докризисным показателям. Это в полной мере относится и к стальной продукции.

По данным европейской металлургической ассоциации Eurofer, в мае спрос на металл в странах региона составил не более 40-50% от уровня аналогичного месяца прошлого года. Такая же, если не хуже, обстановка в США. Еще более существенное падение наблюдается в Индии и ряде стран Латинской Америки и Юго-Восточной Азии, где только во второй половине мая приступили к отмене наиболее радикальных запретов. При этом производство стали практически везде снизилось в меньшей степени, чем потребление. Из-за этого металлургические компании ищут возможности для расширения сбыта за рубежом, сталкиваясь там с такими же жаждущими продаж продавцами. Основную поддержку мировому рынку стали продолжает оказывать Китай. В начале прошедшей недели внутренние цены там немного пошатнулись, так как правительство страны признало, что не может предложить всем рецепты чудесного восстановления, но затем вернулись на прежние позиции. Железная руда в Китае снова вышла на отметку $100 за т, подтягивая за собой вверх прокат.

Благодаря этому стоимость заготовки, которую продолжают импортировать китайские компании, приблизилась к $400 за т CFR, а горячекатаный прокат в Азии достиг $415-430 за т CFR с поставкой в июле. Тем не менее, устойчивого подъема там не происходит. Китайцы импортируют стальную продукцию, пока внутренние цены выше, чем за рубежом, и тем самым фактически регулируют весь региональный рынок. Кроме того, на Дальнем Востоке начался сезон дождей, который продлится до конца сентября. В это время спрос на стальную продукцию будет относительно невысокий. В западных странах, где доля кризисного автомобилестроения в потреблении стали достигает 30% и более, дела идут куда хуже. Так, не остановилось скольжение вниз котировок на прокат в Европе. В Турции, где производство автомобилей и автокомпонентов тоже является одной из важнейших отраслей экономики, дела чуть лучше, но цены на стальную продукцию растут слабо. Металлолом с середины мая трепыхается вокруг отметки $250 за т CFR и не движется ни в ту, ни в другую сторону.

Российские металлурги во второй половине мая добились некоторого повышения экспортных котировок, прежде всего, на азиатском направлении. Но продолжить этот рост в ближайшие недели, скорее всего, будет нелегко. Это ставит под вопрос и возможность подорожания стальной продукции в России. Хотя летом потребление традиционно достигает пика, а ситуация в экономике в июне будет определенно лучше, чем в апреле-мае, на споте арматура и горячекатаный прокат все еще дешевеют. Развороту мешают избыток запасов (в том числе, в сбытовой сети комбинатов), с одной стороны, и недостаточный объем потребления, с другой.

Здесь впору вспомнить о том, как и за счет чего мы выходили из кризиса 2015 г. Стоимость стальной продукции в России тогда пошла вверх весной 16-го, а организовал этот подъем Китай. Тогда же, пройдя крайнюю точку падения, двинулись на повышение и цены на нефть. Сейчас Китай, по большому счету, удерживает мировой рынок стали от обвала, но запустить в одиночку рост у него, очевидно, не получится. Нефть дошла до около $35 за баррель, но возможность ее дальнейшего подорожания пока блокируется глобальным экономическим кризисом.

Причем, если в 2009 г. проблему удалось решить триллионными перечислениями банковскому сектору, что позволило банкам списать потерянные осенью 2008 г. активы и возобновить кредитование, то сейчас подобный инструмент не работает. Судя по подъему курсов акций на западных биржах, в финансовой сфере как раз все в полном порядке. А вот запустить заново промышленность и сферу услуг, остановленные вследствие карантина, – задача, как оказалось, совсем не тривиальная. Можно, конечно, поддерживать социальную стабильность выплатами щедрых пособий по безработице из бездонного государственного кошелька, как это сейчас делают в США, но кто знает, какие ягодки вырастут по осени из этих цветочков?!

Впрочем, американские проблемы пусть решают сами американцы, а у нас хватает и своих собственных. Исходя из того, что программа восстановления экономики, которую сейчас клепают в правительстве, рассчитана до 2025 г., напрасных иллюзий там никто не строит. Можно, конечно, попробовать полечить нынешнюю спросовую анемию сильнодействующими средствами наподобие более решительной прямой финансовой поддержки населения, раздачи безвозвратных грантов компаниям, запуска многочисленных государственных инвестиционных и строительных проектов за счет печатного станка и т.д. Но использование таких инструментов, во-первых сопряжено с серьезным риском раскручивания инфляции, а, во-вторых, требует филигранного управления процессом, что явно не наш случай. Наконец, в-третьих, стимулирование экономики, очевидно, стартует не раньше, чем завершится действие карантинных ограничений.

В 2015 г. российское правительство не смогло пойти по китайскому пути, использовав государственные инвестиции как основной источник экономического роста. Но тогда приоритетными задачами считались борьба с инфляцией, очистка банковской системы, «обеление» российской экономики и снижение доли нефти в государственных доходах… за счет перераспределения «тягла» на другие сектора. К настоящему времени все эти задачи, в целом, выполнены, да и команда в правительстве сильно обновилась. Так что, не исключено, что в ближайшие месяцы мы сможем увидеть в России что-то из китайского опыта.

Как и пять лет тому назад, в качестве антикризисных мер наверняка будут использоваться импортозамещение и поддержка ключевых секторов промышленности и строительства. По крайней мере, на рынке потребительских товаров есть масса возможностей для замены импортной продукции на отечественную. А обновленные СПИКи, закон о защите капиталовложений и прочие законодательные изменения могут создать благоприятную почву для новых инвестиций.

Однако прежде чем что-то запускать, надо дождаться очевидного перелома в борьбе с эпидемией. Именно этот фактор сейчас играет определяющую роль на российском рынке. Поэтому, по меньшей мере, на ближайшие две-три-четыре недели нынешнее состояние измененной реальности будет сохраняться.

Источник: ИИС «Металлоснабжение и сбыт»

Вам также может быть интересно
4-я Конференция «Рынок металлов Центральной Азии и Закавказья»
02.05.2024
4-я Конференция «Рынок металлов Центральной Азии и Закавказья»
Представители нашей компании приняли участие в 4-й международной конференции "Рынок металлов Центральной Азии и Закавказья", проходившей в городе Баку 18-19 апреля 2024 г.

Рынок металлов Центральной Азии и Закавказья

О конференции

В последние несколько лет в страны Центральной Азии и Закавказья демонстрируют активные темпы роста потребления металлопродукции: реализуются крупные инвестиционные проекты, активно растут местные производители, иностранные компании расширяют свое присутствие, привнося современные технологии и ноу-хау в национальную экономику.

Особенности развития рынков металлов таких стран, как Азербайджан, Армения, Грузия, Узбекистан, Казахстан, Таджикистан, Киргизия и Туркмения обсудили участники Международной конференции.

Рынок металлов Центральной Азии и Закавказья

Рынок металлов Центральной Азии и Закавказья

Ключевые темы:

- Текущие тренды и перспективы рынка металлов стран Центральной Азии и Закавказья;
- Факторы, влияющие на конъюнктуру, динамику спроса и предложения на металлопродукцию в Азербайджане, Армении, Грузии, Узбекистане, Казахстане, Таджикистане, Киргизии и Туркмении;
- Инвестиционные проекты в черной металлургии в Центрально-Азиатском регионе и Закавказье;
- Возможности российских производителей металлопродукции для потребителей из стран Центральной Азии и Закавказья, особенности логистики;
- Текущая ценовая конъюнктура, особенности развития отдельных регионов;
- Дистрибуция металлопродукции и развитие сервисной металлопереработки на территории Азербайджана, Армении, Грузии, Узбекистана, Казахстана, Таджикистана, Киргизии и Туркмении.

Участники

Руководители и специалисты коммерческих служб, отделов снабжения и сбыта, департаментов маркетинга металлургических и металлоторговых компаний, сервисных металлоцентров, потребителей металлопродукции из России и стран Центральной Азии и Заказвказья.

Hilton Baku

Место проведения

Hilton Baku (Баку, просп. Азадлыг, 1) - отель с живописным видом на Баку и Каспийское море находится рядом с набережной, в 8 минутах ходьбы от Старого города Баку.

Источник: Металлоснабжение и сбыт, asiaconf.ru
У нас все хорошо. Российский и мировой рынок стали: 31 марта — 7 апреля 2024 г.
13.04.2024
У нас все хорошо. Российский и мировой рынок стали: 31 марта — 7 апреля 2024 г.
На прошлой неделе пришли статистические данные за февраль. И данные эти неплохие, даже с учетом лишнего дня в феврале 2024 г., что дает прибавку в 3,4 п.п. по сравнению с прошлым годом.

Рост ВВП, согласно отчету Росстата, достиг 7,7%, что при отбрасывании «фактора 29 февраля» превращается в 4,3%. Это самый низкий уровень с апреля 2023 г., но сам по себе он достаточно высокий. Существенного замедления экономики несмотря на прошлогодний подъем ключевой ставки пока не наблюдается.

Лидирующее положение в экономике продолжает занимать обрабатывающая промышленность. В феврале она показала рост в 13,5% по сравнению с тем же месяцем прошлого года. Даже по 28 дням месяца прибавка превысила 10%. Промышленность в целом дала 8,5% роста, т. е. фактически 5,1%. В строительной отрасли есть торможение — до 5,1% (1,7% по 28 дням месяца) против +3,9% в январе. Но это тоже замедление роста, а не спад.

Из выступления президента на съезде Федерации независимых профсоюзов России и премьер-министра Михаила Мишустина с ежегодным отчетом правительства в Государственной Думе следует, что промышленность и дальше будет играть роль локомотива российской экономики. Будет по-прежнему увеличиваться государственное финансирование инвестиционных проектов. От частных компаний ждут дальнейшего расширения капиталовложений в новые мощности.

При этом рост в российской экономике отражает далеко не только достижения оборонной промышленности. В стране по-прежнему сохраняется и даже усиливается потребность в импортозамещении по широчайшему спектру промышленных товаров, от уникального оборудования до ширпотреба. Удовлетворить их полностью просто не в человеческих силах, но работа идет по многим направлениям. Это тоже дает весомую добавку и к экономическому росту, и к объемам металлопотребления.

Санкции против России ужесточаются по всем фронтам. Нашу страну стараются всеми возможными силами отрезать от мировых рынков. Сейчас главные удары направлены на экспорт энергоносителей (нефть, сжиженный природный газ, уголь) и международные платежи. И это уже реальная экономическая война на полную мощность. Враг стремится разыграть свой главный козырь — контроль над мировым финансовым сектором. С альтернативными международными финансами пока, увы, сложно. Хотя позади уже два с лишним года испытаний, решить эту проблему не удалось.

Тем не менее, пока что имеющиеся проблемы как-то решаются. Российская нефть продолжает идти на внешние рынки и проносить доход государству. Биржевые котировки на сорт «брент» в конце прошлой недели впервые с октября 2023 г. превысили отметку $90 за баррель. Правда, за этим повышением стоят, в основном, политические риски — боязнь возможного обострения ближневосточного конфликта. Регион уже полгода старательно поджигают. И хотя пока что он демонстрирует негорючесть, претензии и неоплаченные счета к Израилю и его покровителям накапливаются, накапливаются...

Текущее состояние российской экономики приводит в некоторое уныние Банк России, который пока не может похвастаться успешным выполнением своей главной задачи — снижения инфляции до 4%. Как отмечается в Резюме обсуждения ключевой ставки, замедления инвестиционной и потребительской активности пока не происходит. Многие компании получили авансы по госконтрактам и сейчас их увлеченно тратят. Сохраняется острый дефицит квалифицированных специалистов, что приводит к продолжающемуся росту заработной платы.

Как уже неоднократно указывалось, в том числе, на этом сайте, «бюджетный импульс», т. е. интенсивное государственное финансирование госзаказа, инвестиционных и инфраструктурных проектов, различные льготные программы способствует экономическому росту, но препятствует снижению инфляции по методу «замораживания» активной экономики.

Согласно оценкам Совета директоров Банка России, для снижения ключевой ставки необходимы: дальнейшее устойчивое замедление текущей инфляции; охлаждение потребительского кредитования и потребительской активности; снижение жесткости рынка труда; отсутствие реализации проинфляционных рисков со стороны бюджета или внешних условий. Однако этого нет сейчас и не должно быть в обозримом будущем. Сейчас не 2015 г., чтобы российская экономика могла позволить себе полноценный спад.

Вообще, есть такое подозрение, что в борьбе с инфляцией надо делать основную ставку не на монетарные, а на административные инструменты. Например, с их помощью уже несколько месяцев держится на относительно стабильном уровне курс рубля. В ближайшее время можно и нужно будет употребить власть, чтобы повышение цен на нефть на мировом рынке не привело к подорожанию бензина и дизтоплива в России. Вероятно, не лишним будет ценовое регулирование и на российском рынке стальной продукции.

Какие-то виды проката подорожают в апреле, какие-то — в мае, но поднимается в цене все. И это создает проблему. Отдельно — для независимых металлотрейдеров, потому что многие категории стальной продукции стоят дороже на первичном рынке, чем на споте, где как раз очень даже ощущаются высокие процентные ставки. А вообще — для экономики в целом, потому что увеличение стоимости металла тянет за собой рост цен и в смежных секторах.

Впрочем, согласно концепции Минпромторга, ведущую роль в ценообразовании играют затраты на сырье. С металлоломом ситуация достаточно сложная. По данным РА «Русмет», в первом квартале 2024 г. железнодорожные поставки этого сырья на предприятия сократились на 20% по сравнению с тем же периодом прошлого года и примерно в полтора раза — с первыми тремя месяцами 2022 г. Однако вопрос: сколько здесь реального ухудшения снабжения металлоломом российских метзаводов, а сколько — массового перехода с железнодорожной доставки на автотранспорт?

На протяжении последних восьми месяцев цены на лом в России колеблются в достаточно узком интервале — от 28-29 тыс. до 31-32 тыс. руб. за т без НДС с доставкой на завод. И пока нет признаков того, что они готовятся в ближайшем будущем его покинуть.

Подорожанию металлолома мог бы способствовать рост производства стали. Но его пока нет. По данным Росстата, за январь-февраль в стране было выплавлено немногим более 12,0 млн. т углеродистой и легированной стали, что примерно на 0,6% меньше, чем в тот же период годичной давности. С учетом лишнего дня в текущем году спад составил немногим более 2%.

Большого оживления видимого спроса на стальную продукцию на отечественном рынке пока не происходит. Есть активизация в таких секторах как арматура, сварные трубы, прокат с покрытиями (хотя и не везде, а там, где этому способствуют погодные условия), но в секторе горячекатаного проката сохраняется избыток предложения.

Трудно сказать, насколько это сейчас важно для российских меткомбинатов и в какой степени они отделили внутренние цены от мировых, но падение цен на ЖРС и коксующийся уголь за рубежом становится долгосрочной тенденцией. Власти Китая приняли решение об ограничении производства стали и проката в текущем году, так как рынок с этой задачей не справляется.

В 2023 г. официально от металлургов ничего не требовали. Просто намекнули, что превышать прошлогодние объемы выпуска не стоит. Предприятия, выполнив годовой план, действительно прикрутили гайки, так что в декабре 2023 г. среднесуточная выплавка стали в Китае упала до самого низкого значения за семь лет. А по итогам января-февраля этот показатель взял, и скакнул сразу на 28,7%.

Как недавно сообщала китайская консалтинговая компания Mysteel, в конце марта некоторые производители горячекатаного проката увеличили выпуск. Сырье подешевело за последние три месяца в большей степени, чем готовая стальная продукция, так что металлурги в итоге даже оказались в выигрыше несмотря на то, что внутренние и экспортные котировки оказались в непосредственной близости от минимальных отметок с лета 2020 г.

Теперь, когда Национальная комиссия по развитию и реформам КНР (NDRC) возьмет этот вопрос под свой контроль, можно ожидать сокращения выплавки стали в ближайшие месяцы. Скорее всего, это приведет к понижению котировок на ЖРС в Китае до $90-100 за т CFR из-за сужения спроса, если не менее. Уменьшится себестоимость и у других производителей стали, которые считают сырьевые затраты по международным индексам. Может, этот фактор будет способствовать стабилизации и на российском рынке стали?

Хотя по-настоящему серьезных проблем там пока нет. Спрос налицо, обоснованные надежды на его расширение — тоже. Текущих проблем, безусловно, хватает, но в целом у нас все хорошо. Вот пусть бы так и было!

Источник: ИИС «Металлоснабжение и сбыт»
Остается только ждать и гадать. Российский и мировой рынок листового проката: 2-9 апреля
13.04.2024
Остается только ждать и гадать. Российский и мировой рынок листового проката: 2-9 апреля
На российском рынке листового проката все идет в прежнем ритме. Хотя есть новый фактор — заявление металлургических компаний о небольшом повышении цен на горячекатаный лист и рулон в апреле-мае. Однако на споте стоимость листа растет очень медленно, и даже не во всех регионах вследствие относительного избытка предложения и недостаточного спроса. Каких-либо изменений к лучшему здесь с обозримого будущего не ожидается. Вопрос о масштабах сезонного подъема остается открытым.

prokat.jpg

Зато спрос на сварные трубы определенно оживился. Благодаря этому поставщики приступили к подъему котировок в прайс-листах по всему сортаменту. Продолжается подорожание холоднокатаного проката и листовой стали с покрытиями, чему способствует достаточно активный спрос. В этих секторах в ближайшем будущем все также останется по-прежнему.

Мировой рынок листового проката получил передышку благодаря повышению котировок в Китае. Правда, этот рост больше базируется на благоприятных ожиданиях, чем на реальных изменениях, поэтому считать его устойчивой тенденцией пока рано. Европейский рынок практически заблокирован для импорта, так как основные поставщики исчерпали свободные квоты не только на второй, но и на третий квартал. Между тем, цены на листовой прокат в ЕС продолжают снижаться.

Источник: ИИС «Металлоснабжение и сбыт»